− Здесь рядом торговый центр. Пойдём прогуляемся? Или поедим. Всё равно. Давай уже покинем этот тротуар.
Она кивнула.
− Мия, − Виктор не дал ей даже шагнуть. — Не стоит переживать об этом.
− О чём?
− Что бы ты там себе ни придумала. Тебе не о чем волноваться. Обещаю.
− Неужели?
Злость обожгла грудь. «Успокойся» предсказуемо подействовало как красная тряпка на быка.
— Конечно, я ведь всё напридумала. А ты ничего такого с ней не делал.
− Делал. Но между нами были другие отношения, а не то, о чём ты подумала. Вот что я пытался донести.
Мия окончательно запуталась. Она хотела знать, но и подробностей не жаждала.
− Что ей нравилось? − спросила она с раздражённой решительностью.
Виктор заметно ощетинился.
− Что за вопросы?
− Нормальные.
− Ошибаешься.
− Не хочешь − не буду спрашивать.
− Сделай одолжение.
Как бы Мия ни хотела звучать равнодушно, между её фразами прорывалось обвинение.
Перестань! Он не виноват. Благодаря тому, что тебя так взбесило сегодня, ты с ним однажды познакомилась.
Прошлые отношения Виктора не обижали её. Скорее, расстраивало то, что ей не удастся узнать его до конца. Ведь это не тот случай, когда скажешь: «Мне кажется, что-то не так, поговори со мной об этом». Между Мией и Виктором простиралась черта, за которую нельзя заходить. И неясно, изменится ли это позже.
Задавай вопросы, а не провокации, заставляй за ними следовать, а не выводи на эмоции. Старая проверенная тактика. Но в минуты отчаяния Мия не умела ей пользоваться.
− Ладно, плевать, − она поёжилась от порыва ветра, от неуютности, сковавшей их разговор. — Это ерунда всё. Я сую нос не в своё дело…
Виктор вновь перегородил ей дорогу, не давая идти.
− Она никто. Я приехал из Европы в Штаты, никого здесь не зная, кроме отца. Мы с ней познакомились в издательстве. Позже − сошлись на общих интересах. Она меня познакомила со многими людьми из тусовки. Отчасти благодаря ей у меня появились клиентки.
Какие могут быть между людьми отношения, чтобы вдруг «сойтись» на теме бдсм-практик?
Это незрелые рассуждения. Остановись!
− Ты не сразу начал этим зарабатывать?
− Я не занимался этим исключительно ради заработка. Я тебе уже говорил. Просто озвученная цена часто всё упрощает. Да, поначалу снимал спецстудии. Потом появились постоянные клиенты, и я принимал их дома. Арендовал приспособления. Некоторые купил. Но у меня всегда имелась основная работа — ты побывала там сегодня. Ты всё и так знаешь.
− То есть, эта дама просто однажды решила помочь совершенно постороннему человеку подзаработать? С чего бы?
− Мы подружились.
− Думаю, это не совсем так. Просто странно, что ты это отрицаешь.
Виктор не понял истинной эмоции Мии. Лицо его разгладилось, стало привычно спокойным.
− Сейчас это неважно. Она мне даже не друг. Мы просто болтали. Она рассказала, что открывает свою галерею современного искусства. Всегда её хотела.
Очередная студия современного искусства… Троекратная безвкусица…
− Мы давно не виделись, редко пересекаемся в издательстве. Перекинулись парой фраз, поделились новостями. Я просто был вежлив.
Мию замутило, она отвернулась.
− Почему ты сердишься? — Виктор коснулся её волос.
− Не сержусь.
И она правда старалась.
− Я не сержусь. И не дуюсь.
Он шагнул ближе, серьёзно посмотрел в её лицо, как если бы готовился услышать важное.
− Я ревную. Вот верное определение. Это всё, что я хотела сказать.
Мия резко осознала, что утратила над собой контроль. Но случайно обронённое слово «ревность» принесло за собой облегчение.
Она ожидала лекции. Злости. Ответных обвинений. Но Виктор улыбнулся.
− Ревность − это нормально. Ревность − вполне естественная реакция на раздражитель.
Мия неверяще перевела на него взгляд.
− Ты ничего не можешь с этим сделать, как бы ни старалась. Знаю, о чём говорю. Тем более, тебе всего двадцать два. Ты горяча на проявление эмоций. Не сдерживайся. Однажды тебе придётся научиться этому. Но пока позволь чувствам кипеть и выходить на поверхность.
− Ты не злишься?
− Ещё посоревнуемся. Ты не представляешь, насколько ревнив я. А мне уже пора уметь держать себя в руках.
Виктор поцеловал её лоб.
− Хочешь, расскажу свой самый страшный секрет? − он поддел носом опущенный нос Мии.
Она заинтересованно обратилась в слух.
− Я не умею готовить. Вовсе. Абсолютно. Я пытался.
Мия хмыкнула. Напряжение немного спало с её плеч. У Виктора получилось разрядить накалённую обстановку.
− В прошлый раз вкусно вышло.
− То, что ты пробовала, невозможно испортить. Жареный хлеб, ветчина, сыр, соус…