− На звезду Мишлена не тянуло, но ты придираешься к себе.
− Нет. Я правда не умею готовить. Мне это просто не дано.
Он потёр её ладони в своих. Мечтательно рассмотрел объятия их рук.
− Идём.
Переплетя их пальцы, Виктор повёл Мию за собой.
− Странно вышло. Хотел показать тебе свою работу. Провести с тобой больше времени. Но в итоге познакомил не с кем надо. Это не входило в мои планы. И перепалка — тоже.
− Ты часто сталкиваешься где-либо со своими клиентками?
− Почти никогда. Я не очень-то много езжу за пределы своего района. К тому же, даже если бы и сталкивался, я не со всеми могу болтать. Некоторых просто нельзя узнавать. У них семьи, бойфренды. Вдруг они где-то поблизости. Первое время дико притворяться слепым. Ведь среди этих девушек есть твои приятельницы или даже любимицы. Боишься невольно среагировать. Но, как оказалось, случайно столкнуться со знакомым человеком в мегаполисе — непреодолимая роскошь.
− Ты сказал, любимицы?
− У многих есть свои любимицы.
− Разве так можно? Заводить любимец.
− Это неизбежно. Кто-то нравится больше. Кто-то меньше.
− И кто любимица у тебя?
− Ты, − без запинок ответил Виктор.
− Что? Нет.
Он вздохнул.
− Почему бы тебе не быть ею?
− Я неумеха дёрганная.
− Как бы это помешало тебе стать моей любимицей?
Мия пожала плечами.
− Я ничего не умею. Неинтересно, наверное, возиться с малоопытным экземпляром.
Голос, просочившийся сквозь пухлые губы Виктора, коснулся её уха. Интимный и густой.
− Меня с ума сводит то, что именно я тебя всему научил.
У Мии помутнело в глазах. Мелкая обида, так и не набрав свои силы, и вовсе ушла в пустоту.
Мне нравится, что ты можешь успокоить меня. Так бережно и аккуратно.
Опережая Виктора на несколько шагов, Мия зашагала спиной вперёд.
− Ты сказал всем сегодня, что я твой редактор.
Виктор усмехнулся, но несмело. Заявление его насторожило.
− Ты хотела, чтобы я представил тебя иначе?
Мия отвернулась. Бросила через плечо взгляд.
− Значит, я твой редактор?
Виктор улавливал сарказм, но искал в нём подвох. К тому же дистанция, которую теперь сохраняла Мия, ему не пришлась по вкусу.
− Я твой редактор. Хм. Хорошо. Прекрасно. Да будет так…
Прибавив шагу, Виктор поймал её за талию. Мия не сдержалась и захихикала.
.
Они гуляли на расстояние вытянутой руки. Обменивались игривыми взглядами. Улыбались, точно идиоты, смеющиеся с одной им понятной шутки. Мия не смогла бы ответить, что её так веселит. Но улыбка не сходила с её лица.
Было сложно не заметить: прохожие девушки обращали внимание на Виктора. Возможно, у Мии сегодня просто обострились ревностные чувства. Но маловероятно, что на Виктора в самом деле никто не смотрел. Его красота являлась авангардом среди привычной красоты, среди стандартных эталонов. В нём сосредоточилась природная элегантность, и образ её не портили нарочная фамильярность, её мятежный дух вроде беспорядка на голове или небрежно расстегнутого пальто. Да и сама элегантность была раскрепощённой. Изящной в своей свободе. Она не способна «наделать много шума». Слишком топорны для неё эти методы. Она разборчива в своём оружии. Она не разбивала сердца, а выбирала тихо существовать и сражала именно этим. И она провокационна в своём молчании. Именно так Виктор и действовал на окружающих. Но по сравнению с его ожившим образом всё это было лишь сухим описанием. Виктор — это тот случай, когда слова лишние. На него достаточно просто взглянуть. И почувствовать.
Иногда они останавливались у витрин. Перекидывались парой комментариев. Мимолётно касались рук друг друга.
Мия откинулась спиной на стену. Виктор повторял её позу. Рядом с ним за стеклом возвышался женский манекен, одетый в нижнее бельё и чулки. Сверху на Виктора падал тёплый свет ламп.
− Чудесно смотришься, − Мия вытянула ладони, изображая рамку. − В детстве я хотела стать фотографом. Мне подарили полароид. Розовый. Я обклеила его наклейками. Но однажды уронила его в воду, и он перестал печатать. А потом меня отдали в художественную гимнастику, − Мия достала телефон. − Стань ближе к этой леди.
Виктор обернулся на манекен, затем снова посмотрел на Мию.
− На тебе бы это всё выглядело лучше.
Мия сделала пару снимков, утолив желание запечатлеть Виктора для личной визуальной хроники. Затем оценила манекен скептичным взглядом.
− Чулки я бы не купила.
− Почему?
− Обычно только парни с ума сходят по этой синтетике и кружевам. Но трахаться в чулках — то ещё занятие.
Формулировка, брошенная так непринуждённо, Виктора удивила.
− Ужасно неудобно, − деловито продолжила Мия.
− Рвутся?