− Почему исключало отношения?
− Любая девушка будет ревновать к клиенткам.
− А ты был против заводить отношения?
Виктор ответил не сразу.
− Не хотел.
Мия стало неуютно.
− А теперь? Ах да, ты же нашёл себе редактора.
Неловкая шутка плохо вписалась в настроение беседы.
Виктор остановил Мию в уже привычном мягком жесте — взял за руку, потянул на себя.
− Мия…
Волнуется.
− Я просто шучу, − прибавила она быстро.
Виктор сделал вид, что и так это понял.
− Знаю.
− Конечно, − Мия сжала губы, пряча улыбку. — И что было потом? Тебе надоело?
− Уже говорил: я не могу заниматься этим вечно. И заявляя, что новеньких не беру, я не врал.
− Если на момент нашей первой встречи ты распускал свой кружок, почему принял меня?
− Кружок, − Виктор усмехнулся. — Об этом я тоже говорил. Просто почувствовал, что ко мне просится привлекательная девушка, и не устоял.
Для того, кто юмора понимает лишь чуть, Виктор слишком расшутился.
Нервничает? Внешне он оставался невозмутим.
− Решил, что безопаснее забрать тебя себе, − добавил Виктор уже серьёзнее. − По крайней мере, так ты не попала к незнакомцам, к которым лучше вообще не соваться.
− Почему?
− Потому что они незнакомцы. Доверять им — сомнительное занятие. Исключения допустимы в очень редких случаях.
− Ты тоже был незнакомцем.
− Себе-то я доверяю. А потом ты пришла и сказала: «Я не знаю, чего хочу». Попади ты в лапы кому-то не тому, с большой вероятностью всё бы плохо кончилось. Многие понятия не имеют, что делать с новичком. Или твоей неопытностью могли воспользоваться. Худший вариант − очутиться наедине с неадекватным представителем. Для таких главный принцип «безопасность, разумность, добровольность» − пустые слова.
− Значит, ты решил меня спасти, забрав себе.
− Уж я бы тебя не обидел. Но кто-то другой с лёгкостью мог переборщить. Самое важное — оговорить границы. Твоё «я не знаю» − это большой риск, усиливающийся в разы, если тебе не повезёт и придётся иметь дело с психопатом.
Виктор быстро справился с нарастающим отвращением.
− Позже я подумал, что тебе это вообще не нужно. Но ты вдруг попросила увеличить количество встреч. Хороший сигнал, подумал я. Один из аспектов принципа добровольности — требование, чтобы боттом сам просил о встречах.
− Боттом?
− Нижний партнёр.
− А. Я знала, − вернула она фразу Виктору. — Это важно? Раз ты главный, то ты и решаешь, когда и сколько.
− Главная ты. И именно ты должна контролировать свою готовность, продолжать или нет.
− Если ты так боялся за меня, зачем позже предлагал встретиться с другими?
− Во-первых, ключевое здесь − я предлагал. Я знал, кого рекомендую. Во-вторых, это произошло после знакомства с тобой. Я уже был в курсе, что ты отлично понимаешь, где игра переходит границы.
− Я — бывшая спортсменка. А нам нужно вовремя уметь сказать: «я так больше не играю». Кстати, я подумала, что мне это всё нравится, потому что я спортсменка и привыкла к острым ощущениям.
− Не исключено. Как и не исключено, что это может быть вообще не связано.
Они снова замолчали. Мия подыскивала подходящий вопрос. Она не хотела, чтобы волнующая её тема остыла.
− Занимался этим со своими девушками?
Она откуда-то заранее знала, что ответ ловко обойдут. Но не могла промолчать.
− Девушками… Ты удивишься, — Виктор задумчиво усмехнулся. − У меня были отношения только раз в жизни.
− Почему так мало?
− Сам себя спрашиваю.
Веди за собой, заставляй следовать. Парируй. Тогда люди охотнее отвечают.
− У меня был такой период. Я просто поняла, что должна остаться одна. Хотелось чувствовать умиротворение от того, что личное пространство только моё. Не иметь дело с чужими эмоциями. А ещё есть обязанности, которые идут рука об руку с отношениями…
− Не думаю, что это обо мне, − отмёл Виктор предложенную версию. − Наверное, я просто редко влюбляюсь.
Мия пыталась связать это заявление с тем, что он намеренно занимался практикой доминатрикса, потому что это исключало романтические отношения. Смятение отчётливо отражалось на её лице. Но скрывать его Мия не хотела. Она сказала то, что думала:
− Это отчего-то провоцирует у меня ещё больше ревности. Должно быть наоборот: чем больше девушек, тем больше ревности. Но одна? Это может многое значить. А может − самое худшее. Например, ты влюблён в неё до сих пор…
Она говорила без зла и волнения. Показывая, что мир не разлетится вдребезги, если её предположения окажутся правдой.
Виктор долго молчал. Мия уже решила, что тема закрыта.
− Тебе не о чем беспокоиться, − сказал он равнодушно. — Она мертва.
Ужас ошпарил затылок Мии.