Виктор вопросительно замер.
− Я просто дёрганная сегодня. Всегда дёрганная вообще-то.
− Кручёная, − исправил он с улыбкой, уложив её ноги себе на колени. — Твоей энергии нужно обнуляться. Тело к этому привыкло. Раньше ты тренировалась, теперь нет. А энергия продолжает накапливаться и требовать выход. Например, через движения. Жестикуляцию.
− Да нет, я же давно бросила спорт. Просто я всегда была тормошённая. А рядом с тобой особенно нервничаю.
− Прости? — переспросил Виктор.
− Раньше постоянно волновалась перед нашей встречей. Ты заставлял моё сердце частить.
Виктор предсказуемо воспринял это слишком серьёзно.
− Но я же приходила. Снова и снова возвращалась.
Оценил попытку успокоить его, он подал ей бокал. Мия потянулась за ним, но прежде чем отдать ей вино, Виктор поцеловал её ладонь.
− Тебе там удобно?
− Спасибо за вечер, − ответил Виктор невпопад.
И как на это реагировать?
− Крайне важно понимать, что жизнь складывается из самых обычных вечеров. Именно они представляют собой исключительную ценность.
− Вечер же ещё не закончился.
− Я искренне надеюсь на это.
Мия сделала глоток.
− Ты иногда дико странный.
Она поёрзала, бросив на Виктора взгляд. Вниманием этого человека снизу вверх заставляло её краснеть.
− Хочешь ещё кофе?
− Нет, спасибо.
− А чего-нибудь другого?
− Все заказы принимаешь?
− Абсолютно.
Мия покачала опущенной головой.
− Я могу спросить?
Уголки губ Виктора дёрнулись.
− Ты можешь. Но лучше было сказать: «Ты ответишь?»
Мия хотела игриво пихнуть его, но Виктор перехватил её ногу.
− Почему ты всегда так делаешь? — всё же спросила она.
− Что делаю?
− Это всё. Ты знаешь.
− Потому что тебе необходима порция заботы.
− Но почему?
− Чтобы ты не ушла отсюда с ощущением использованности.
− И всё?
Он вздохнул.
− Нет. Не всё.
Она не зря настаивала. Сегодня Виктор превзошёл себя. Он буквально был вокруг, вбирал глазами. Как если бы помешался, «Девушка, у меня в доме девушка. Настоящая. Тёплая».
− Я просто хочу. И могу. Мне нравится это делать.
Мию ответ не устроил, и Виктор это почувствовал.
− Знаю, как воздействовать на людей, и пользуюсь этим, − добавил он.
− Зачем?
− Например, чтобы заполучить желаемое.
− И что тебе нужно от меня?
− Чтобы ты попала под мои чары и больше никогда от них не избавилась.
− И как? Получается? — усмехнувшись, Мия глотнула вина.
− Уже. Даже если ты этого пока не поняла. Но таков план. Инструкция о том, как понравиться женщине, очень похожа на инструкцию, как успешно вести страницу соцсети. Главное в обоих случаях — регулярность. Так однажды сказал мой редактор. Внимание. Изысканность не обязательна. Достаточно и постоянства, размеренности. Это уже вполне глубоко. Оно же и поведёт нас ещё глубже.
Мия сделала вид, что поперхнулась от шока.
− То есть, ты возомнил, будто приручил меня?
Виктор выглядел как распоследний засранец.
− Нет, мистер Ван Арт. Это я тебя сняла. Я тебя первая выбрала.
− Вдруг это тоже часть моего коварного плана? Чтобы ты думала, будто привязала меня. А на самом деле всё наоборот.
− Нет, не наоборот, − Мия откинулась в кресле, демонстрируя, кто здесь хозяйка положения. − К тому же, именно ты сейчас сидишь передо мной на коленях и массируешь мне ступни. Кто ещё кого приручил?
Виктор рассмеялся с долей восхищения.
«Я хочу. И могу. Значит, делаю» − стоит ли считать это за полный ответ?
Ему не нравилось говорить о себе. У него стойкая аллергия на вопросы. Он раскрывается только если сам хочет. Выдаёт механизм своей сложно устроенной натуры по деталям, винтикам и пружинкам. Без инструкции. И собрать его обратно — большая наука.
− Ты не похож на людей, что я обычно встречаю, − начала Мия издалека.
Виктор заинтересованно прислушался.
− Продолжай.
− Не знаю, стоит ли. Я уже однажды назвала тебя щепетильным. Хотела сделать комплимент, но не вышло.
− Я не стану больше реагировать агрессивно.
− Не агрессивно. Тебя это, скорее, обидело. Задело? — Мия суетливо заправила за уши свои влажные после душа волосы. — Не то чтобы мне не нравилась твоя щепетильность. Тебе это даже идёт. Она очень трогательна и красива, и… Не знаю, зачем я затеяла эту тему.
К счастью, Виктор уловил суть в путанном потоке слов.
− Мне нечего объяснять, ведь я до сих пор не понимаю, что тебя так удивляет. Я не делаю ничего особенного. Это лишь проявление уважения.
− Я тоже уважаю своих друзей, например. Но у меня нет потребности окружать их постоянным комфортом. Это уже не уважение, а какое-то превозвышение…