Взгляд же на второго альфу заставил Доминика тихо удивлённо выдохнуть: он был как две капли воды похож на Уильяма. Они были близнецами. Омега, стоявший с хозяевами дома, кажется, тоже был удивлён.
Граф подошёл к братьям, и губы его скривила насмешливая, полная яда улыбка.
— Здравствуй, Теобальд, — он даже не наклонил голову, обращаясь к близнецу, а младшего брата не удостоил и взгляда.
— Здравствуй, — улыбка Теобальда была холодной, но не язвительной. — Давно не виделись, брат.
========== Часть III. Уильям. Глава 1. Счастливый день ==========
Теобальд сидел в кабинете, держа письмо брата в руках. Весть о приезде Уильяма отнюдь не была приятной — герцог надеялся никогда больше не увидеть своего близнеца, с которым отношения не ладились самого детства. Было темно: большую комнату освещал только колеблющийся огонёк свечи, стоявшей на письменном столе. За окном бархат неба постепенно из тёмно-лилового становился кромешно-чёрным, с россыпью крошечных блестящих звёзд. Было ветрено и холодно, резкие порывы воздуха проникали в комнату сквозь щели оконной рамы, и мужчина поверх рубашки накинул сюртук. Отложив бумагу на стол, герцог оперся на локти и зарылся пальцами в волосы, тяжело выдыхая.
Никогда ему не удавалось понять, в чём причина такой лютой ненависти брата. Пока они были совсем крохами, отношения их вполне вписывались в положенные рамки, но чем мальчики становились старше, тем всё большая злоба блистала в глазах младшего близнеца, когда он смотрел на брата. Ловя эти полные желчи и презрения взгляды, Теобальд терялся и строил тысячи догадок, но никак не мог дойти до истины. Картер оказался умнее, и ему не стоило труда понять, что лежит в корне отношений близнецов — возможно, он догадался так быстро потому, что смотрел со стороны.
Теперь же Теобальд смешался и потерялся ещё больше — ему было трудно понять, зачем брат хочет приехать. Мысль о том, что они друг другу чужие, слишком долго была непреложной истиной, и внезапная инициатива Уильяма заставила герцога поверить в возможное примирение, но вместе с тем насторожила и даже испугала его.
Необходимо было срочно посоветоваться с тем, кому он доверял больше всех — с Картером. Даже мысль о том, что в комнате и постели брата он может застать его любовника, не пугала и не смущала — было не до того. Оставив письмо лежать на столе, герцог поднялся, расправил плечи, бросил сюртук на спинку глубокого кресла и направился прочь из кабинета. Вспомнив, что оставил свечу зажжённой, он вернулся, задул её, и вышел в коридор.
Собственные шаги, гулко отдававшиеся в пустых коридорах, мешали Теобальду сосредоточиться на мыслях о близнеце. Трудно было поверить, что Уильям решил пойти на попятный и наладить тёплые семейные отношения. Но что тогда? Снова устроить тяжбу за наследство? Сорвать свою злобу? Как ни прискорбно, Теобальд ожидал от брата всего, чего угодно.
В коридорах было плохо освещено, и герцог шёл по памяти, сворачивая, куда следует. Он не бывал в покоях брата давно, потому что знал, на кого он может там наткнуться. Сейчас, однако, это было неважно. Только Картер, верный друг, брат и помощник, мог решить эту задачу.
Вопреки ожиданиям Теобальда, Картер был один. Он сидел за рабочим столом, низко склонившись над бумагой, и когда герцог вошёл, повернулся и натянуто, устало улыбнулся.
— Ты плохо выглядишь. Чем занят? — братья всё ещё не помирились после бурного разговора о женитьбе Картера, и Теобальд не протянул руку для приветствия, лишь коротко улыбнувшись в ответ.
— Разбираю горы твоих бумаг, как видишь. Это непростое дело. С чем пожаловал? Опять будешь давить на меня?
— Нет, у меня есть проблемы посерьёзнее.
Картер нахмурился, заглядывая брату в глаза.
— Уилл написал мне, что приедет погостить.
В комнате повисла гробовая тишина. Картер разом побледнел, понимая, что этот приезд значит лично для него.
— Вот так вот просто… погостить? — недоверчиво переспросил младший, теребя манжет рубахи.
— Написал, по крайней мере, именно так. Вообще, его письмо написано настолько вежливо и слащаво, что аж зубы сводит, и я обеспокоен. Он не мог просто так захотеть приехать, ты же знаешь.
— Знаю, — Картер невесело улыбнулся одним углом рта и закусил губу. — Мерзавец что-то задумал, я в этом уверен.
— Так что ж? Принять его, или написать, что я не имею возможности уделить ему время?
— Ты не можешь запретить ему приехать в дом, где он родился и вырос. Это по меньшей мере нечестно.
— Но дом мой. По закону мой.
— В этом-то и вся проблема, Тео.
— Так значит, пригласить его?
— Да. Написать ответ?
— Нет, я сам. Думаю, так будет лучше.
Теобальд вышел, улыбнувшись брату, а тот, закрыв лицо руками, безвольно осел на стул и ссутулившись, застыл, как изваяние. Приезд Уильяма не сулил ничего хорошего ни ему, ни герцогу, и если Тео не знал, чего ему ждать, Картер прекрасно понимал, что ждёт его в ближайшее время.
Именно в такой позе застал его Эдгар, вошедший с кипой бумаг. Торопливо положив документы на стол, он опустился перед другом на колени и, отведя его руки от лица, заглянул в глаза. Взгляд Картера не предвещал ничего хорошего.
— Мы никуда не убежим. Ни-ку-да.
— Почему? — выдохнул Эдгар, не веря своим ушам.
— Приезжает наш брат, Уильям. Он ненавидит и меня, и Тео. Мне он зла не причинит. Но Тео… Они не в ладах с самого детства, и я опасаюсь самого худшего. Уильям негодяй, и он на многое способен. Главная причина его ненависти в том, что они близнецы. Пять минут разницы, но Теобальд — наследник имения, герцог, приближённый короля. А он, Уильям, младше всего на жалких несколько минут, уже не герцог, а граф, и наследует только деньги, и то меньше, чем Тео. Вообще, если здраво на это посмотреть, это действительно вопиющая несправедливость. Отец мог признать близнецов равноправными наследниками, но будто чувствовал в Уилле всю его подноготную. А Тео лишь исполнил его завет.
— За что же он ненавидит тебя?
— За то, что я, безродный, был любим отцом больше, наравне с Тео. А Уилл всегда был каким-то… ущербным, одиноким, и даже родители под конец жизни не то что не любили, но опасались его. Когда отец умер, Уильям устроил длительную тяжбу за наследство, пытаясь доказать, что он — не младший брат, как формально считается, что у него с Тео равные права. Но дело он проиграл и уехал, затаив на нас злобу. То, что сейчас он неожиданно решил нанести нам визит — ничего хорошего не предвещает. И я не могу оставить брата наедине с этим чудовищем. Наш побег придётся отложить, Эдгар. Извини. Я не могу иначе.
Эдгар, всё ещё сидевший перед Картером на коленях, взял его за обе руки и тепло ему улыбнулся.
— Я понимаю твои чувства. И безмерно, глубоко уважаю тебя за любовь к брату. Я готов ждать столько, сколько будет нужно. Не переживай из-за этого. Думаю, всё это время мы сможем видеться — Теобальду будет не до нас. Так?
— Так-то так, — хмуро ответил Картер, — но Уильям может напасть на него ночью, вот чего я боюсь. Так что я вряд ли буду свободен — большую часть времени мне придётся быть с братом, может, даже переселиться в соседнюю с ним комнату. И мне нужно будет быть сосредоточенным и внимательным.
— Тогда тебе не повредит лишняя пара глаз и ушей. Но ты правда думаешь, что он способен убить родного брата? Я не думал, когда ты говорил об опасности, что ты имел в виду именно это.
— Он способен не только на это, поверь. Среди слуг ходят слухи о том, что он отравил собственного отца. Младшего, я имею в виду. Отец узнал о том, что Уильям ведёт беспутную жизнь в Лондоне, каждую ночь гуляет в самых грязных борделях, и даже, кажется, собирается жениться на блудливом омеге. Конечно, для родителя это было потрясением, и он написал Уиллу гневное письмо с требованием объяснить свои действия. Он приехал, говорил с отцом закрытой комнате, как говорят, вёл себя неуважительно и даже по-скотски. Вылетел в коридор, чертыхаясь, и на следующий же день уехал, ни с кем не попрощавшись. А когда он вернулся в следующий раз, отец Тео и Уилла скоропостижно скончался. Думаешь, это совпадение?