Эдгар сокрушённо покачал головой. Он знал своего хозяина как честного, доброго, великодушного человека и не мог поверить, что его близнец мог быть негодяем, блудником и отцеубийцей.
— Не хочется в такое верить, — шепнул Эдгар, садясь на соседний стул и сцепляя пальцы в замок.
— И мне не хочется, Эд, но приходится быть осторожным. Я не могу оставить брата в доме одного с человеком, который, вероятно, убил своего отца. Может, он за тем и едет, чтобы убить Тео и завладеть наследством, имением.
— А тебя выставит вон?
— Ну, я-то, как ты помнишь, собирался сбежать с тобой, так что это меня не пугает. Да я и сам не остался бы жить с ним в одном доме. Но сейчас моя задача — защитить Тео. Он так и не понял, за что брат так его ненавидит. Я должен всегда быть рядом с ним, чтобы не допустить его смерти. Спасибо, что понимаешь и принимаешь моё решение пока остаться в замке.
Эдгар потрепал его по плечу и ободряюще улыбнулся.
***
В то время как альфы говорили друг с другом, Теобальд направился в комнату своего жениха. Чарльз сидел на небольшом мягком диванчике, поджав ноги под себя, и читал, задумчиво закусив губу. Герцог, обычно соблюдавший приличия и не входивший без предупреждения, на этот раз был слишком взволнован и возбуждён вестью о приезде брата, чтобы следовать условностям, и омега сначала несколько растерялся столь неожиданному визиту поздно вечером. Увидев лицо жениха, встревоженное и растерянное, Чарли вскочил навстречу, всем своим видом без слов выражая вопрос «Что случилось».
— Извините за позднее вторжение, Чарли. Ко мне приезжает брат.
— Картер? — сердце омеги рухнуло в пятки. Он не совсем понял слова жениха, и решил, что Картер уже бежал и теперь возвращается по той или иной причине.
— Нет, Чарли. Сядемте. Я не рассказывал вам о нём. Мой родной младший брат, Уильям, с давних пор непонятно из чего питающий ко мне ненависть, решил навестить родительский дом, и я, посоветовавшись с Картером, решил не отказывать ему в приёме, чтобы не воспалить в нём ещё большую вражду. Однако он личность тёмная, и я хотел вас предупредить о том, что его следует опасаться. Но если честно, нет, я солгал, вовсе не за тем я пришёл. Он приедет только через две недели, так что беспокоиться пока не о чем, я и так успел бы вас предупредить, но я взволнован и, откровенно говоря, пришёл к вам за поддержкой, — пару мгновений он помолчал. — Смею на неё надеяться, как будущий супруг.
Чарли улыбнулся и, подсев поближе, обеими руками взял большую тёплую ладонь жениха и сжал, ласково глядя Теобальду в глаза. Трудно было удержаться от ответной улыбки, и альфа тоже пожал тонкие пальчики, поглаживая тыльную сторону маленькой ладони большим пальцем.
— Отчего же ваши отношения с братом так плохи? Вы сильно повздорили?
— О нет, вовсе нет, наша вражда началась задолго до того, как он судился со мной за наследство. Он с детства ненавидел меня, да и Картера тоже. Он вообще всегда был какой-то недобрый, дерзкий, даже родители это замечали за ним, и он часто бывал наказан за свои вольности.
— Судился с родным братом? — Чарльз удивлённо выдохнул.
— Да. И это ещё не худшее из того, что он сделал. Но не будем об этом, не лучшая тема для разговора на ночь, да ещё и с таким ребёнком, как вы.
Омега смущённо улыбнулся, потупился и покраснел, не отнимая рук у герцога, и эта стыдливая краска вызвала в альфе самые нежные чувства. Теобальд поднёс к лицу изящные кисти в обрамлении тончайших белых кружев и поцеловал каждую по очереди несколько раз. Глядя на руки своего жениха, герцог отметил, что на них не было ни одного кольца. Хоть все уже и говорили о том, что Чарли — жених и будущий герцог, официального предложения сделано не было, и это неприятно отозвалось в душе у Теобальда. Он бы и сам не мог ответить, к чему тянул он всё это время. В эту минуту альфа твёрдо решил для себя, что сделает предложение завтра же. Чувства к Чарли, пока только-только зарождавшиеся, были очевидны, и откладывать официальную помолвку было бы уже просто неприлично.
Помимо того, что омега был красив, юн и утончён, альфа видел в нём множество других качеств, которые вызывали уважение и восхищение. Чарли был прост в обхождении, добр, бескорыстен, а кроме того Теобальд чувствовал в нём удивительное родство душ. С омегой было всегда легко. Герцог знал, что не пошёл бы в подобную волнительную минуту, узнав о приезде брата, к чужому человеку. Он пришёл, потому что знал, что от Чарли стоит ожидать ласки и поддержки.
Однако омега заметил недовольное выражение лица своего жениха и обеспокоенно свёл брови, хмуря чистый высокий лоб.
— Я сказал или сделал что-то не так, Тео? На ваше лицо будто туча нашла разом.
— Не беспокойтесь, милый Чарли, я заметил за собой непростительную оплошность, которую постараюсь исправить как можно скорее. Не принимайте это на свой счёт. Что вы читаете? — герцог решил перевести разговор на другую тему, пока Чарльз не спросил, что это за оплошность — не хотелось предупреждать его о предложении и портить приятный сюрприз. — О, «Консуэло». Кажется, читал в юности. Да… — Теобальд пролистал книгу, не вытаскивая закладки, и снова положил на диван.
— Мне очень нравится, хорошая книга. Позаимствовал в вашей библиотеке, — омега снова очаровательно смущённо улыбнулся.
— Эта библиотека, как я уже говорил, целиком и полностью принадлежит вам. Читайте всё, что вашей душе угодно.
— Спасибо. А вы любите читать?
— Да, но в последнее время мало успеваю. У меня много дел, меня часто вызывают ко двору, да и со своими бумагами приходится разбираться, хоть мне и помогает Картер.
При упоминании Картера Чарли снова вспомнил темноту и два обнажённых тела, смутился и покраснел. Теобальд, к счастью, в это время отвернулся и не заметил смятения, которое отразилось на лице его жениха.
— Вы поедете завтра со мной на конную прогулку? — герцог нарушил тишину. — Если, конечно, будет достаточно тепло и солнечно.
— С удовольствием, — омега улыбнулся в ответ, радуясь, что Картер больше не был упомянут и не было вероятности выдать себя своим смущением. Если бы Теобальд узнал о том, что Чарльз знает о влюблённости секретаря, понемногу выяснились бы и его планы побега, а омега не хотел ни предавать своего друга, ни лгать жениху.
— Думаю, лучше будет сделать это вечером, когда тепло и солнце ещё светит.
«А я как раз успею купить обручальное кольцо», — добавил герцог про себя.
— Как вам будет удобнее, — Чарли устало улыбнулся, и Теобальд, вспомнив, что уже очень поздно, собрался уходить, чтобы не мешать жениху готовиться ко сну.
— Прошу прощения, я задержался и вас утомил. Спасибо вам, я и правда отвлёкся и перестал думать о плохом. Благодарю за поддержку и ваше тепло.
Альфа снова склонился к рукам Чарльза, а когда распрямился, омега смотрел на него так пристально, доверчиво, открыто, что герцог не удержался. Чуть опустив голову и увидев, что юноша не отстраняется, Теобальд осторожно и медленно, чтобы не испугать, обнял его за талию и поцеловал. Скромный, почти дружеский поцелуй, снова зардевшиеся щёки, частое дыхание, очаровательные кудри, обрамлявшие лоб, опущенные блестящие глаза за сенью густых ресниц; Чарльз был похож на ангела в эту минуту. Отстранившись, герцог улыбнулся нежно и влюблённо, глядя на то, какое впечатление произвёл на мальчика первый поцелуй.
— Доброй ночи, Чарли. Сладких снов. И до завтра.
Прежде чем выйти, Теобальд ещё раз поцеловал дрожащую от волнения руку и улыбнулся, услышав ответное «Доброй ночи, Тео».
Когда дверь закрылась, юноша ещё долго стоял, не смея пошевелиться, чувствуя на губах нежное прикосновение. Потом, немного придя в себя, он медленно вернулся к дивану, поглаживая пальцами собственные губы и рассеянно глядя в пол. Сев, он взял в руки книгу, но читать уже не смог — слишком много чувств и мыслей вызвал в нём первый поцелуй с мужчиной, которого он любил. Улыбка не сходила с его губ до тех самых пор, пока он, переодевшись и забравшись в кровать, не заснул.