Ощущения были настолько странными, что Андрея немного затошнило. Вроде как смотреть фильм, и в то же время повторять все движения за героями, как марионетка. Чувствовать руки и ноги и не иметь возможности шевелить ими. Пытаться говорить – и не издавать ни звука.
- Ты проснулся, солнышко мое?
В ответ на ласковый голос Андрей почувствовал теплую волну, поднимающуюся из груди ребенка. Это была реакция на мать, понял он. Ребенок еще живет ощущениями, а не мыслями и словами.
- Сейчас пойдем купаться, мой маленький, - продолжала ворковать девушка, поднимая сына на руки, - а потом покушаем…
Мир опять перевернулся, и Андрей мысленно застонал. Как на аттракционах в парке, бешеное головокружение и полное бессилие в попытках вернуть себе равновесие. Зато ребенок, судя по всему, чувствовал себя преотлично. Он радостно лопотал что-то матери и осматривался, узнавая предметы вокруг себя.
Внезапный резкий звук заставил ребенка вздрогнуть. Андрей узнал звонок в дверь. Вот только малышу он еще был не настолько знаком, чтобы не испугаться, и мальчик заплакал. Ласковое поглаживание матери его не успокоили, поэтому Андрей испытал чувство тревоги. Если ребенок будет продолжать плакать, то он, Андрей, не сможет увидеть ничего вокруг, значит, все эти «переселения» будут бесполезны. Однако девушка вдруг запела какую-то песенку, и малыш сразу успокоился. Что-то защекотало Андрея: малышу нравился ритм, он узнал слова и захотел подвигаться в такт песенке. Девушка рассмеялась и усадила сына в кроватку:
- Потерпи, золотце, мама сейчас откроет дверь и вернется…
Какие-то темные всполохи потянулись из коридора к кроватке, и ребенок возмущенно пискнул. «Магия», - понял Андрей, ребенок же будущий маг, он способен видеть и чувствовать волшебство. Ребенок вновь попробовал тревожно подать голос, но девушка не обратила внимания на этот вскрик и пошла к двери. Смутное неприятное предчувствие сжало малыша, и Андрей сжался вместе с ним. В тот миг, когда щелкнул замок входной двери, время замедлилось…
Гнетущее чувство опасности занозило в ребенке, он хотел позвать мать, как почувствовал Андрей, но она вдруг появилась в дверях, пятясь в комнату с расслабленными руками и опущенной головой, как под гипнозом. Своим магическим чутьем малыш понял, что им угрожает опасность, но он был слишком мал, чтобы попытаться спастись, а Андрей, как ни старался поставить заклинание-щит, не мог ничего сделать, разговаривать мальчик еще не мог, составлять комбинации пальцами тоже… Темные туманные щупальца от двери заполнили всю комнату, и тут Андрей увидел Его.
Черный плащ окутывал всю фигуру с головы до пят. Но этот плащ был не из ткани, а как будто из дыма. Плотные туманные кольца обрисовывали фигуру, не давая увидеть мага. И только глаза светились из-под капюшона. В то мгновение, когда маг увидел ребенка, глаза его полыхнули таким ярким красным светом, что Андрей на секунду зажмурился. Потом он увидел, как убийца прислонил ладони к груди безвольно стоящей девушки, и одним словом «Рухлум», произнесенном на древнем языке всех магов, заставил ее сердце перестать биться. Тело матери рухнуло на пол, как подкошенное.
Каким-то шестым чувством ребенок понял, что мамы с ним больше нет. Он оцепенел от ужаса, маленькое сердечко зашлось от волнения, но даже закричать или заплакать малышу не давала чужая сила, окутавшая его клубами дыма. Андрей смотрел, как маг приближается, а в голове все билось это слово: «Рухлум… рухлум… рухлум…». Чувство тревоги и приближающейся опасности забило в нем с новой силой, он в панике начал перебирать в уме все заклинания, что прочитал и выучил за это время, но младенец был не в силах сотворить ни одно из них. Рука из черного дыма протянулась к горлу ребенка. Андрей пробовал закричать, но не вышло. А ребенок как завороженный смотрел в горящие красным глаза…