Выбрать главу

- Во имя жизни… - произнес маг и внезапно ударил в мальчика неизвестным Андрею заклятием. Возникло ощущение невыносимой боли в области груди, ребенок был не в силах сделать вдох, он только выгнулся дугой, пока его жизненная энергия светлым переливающимся потоком перетекала в туманные ладони убийцы. Андрей задыхался, он уже не чувствовал ничего, кроме паники и ужаса, что сейчас умрет, голова его закружилась, он слышал, как постепенно замедляется сердцебиение мальчика, и с каждым редким ударом сердца слабел все больше и больше. И в ту секунду, когда сердце маленького мага остановилось, Андрей потерял сознание.

                                                                       ***

- Андрей!..

- Ну же, дыши!

- Влейте в него силу, быстрее!

Андрей слышал гул голосов словно издалека, сознание постепенно прояснялось, и через мгновение он резко вскочил, держась за горло.

- Рухлум!.. – хрипло выдохнул он, расширившимися от ужаса глазами оглядываясь вокруг. Слава магам, удушье и смерть были всего лишь воспоминаниями, сейчас он мог дышать, однако еще несколько минут сердце его бешено билось, а сам он унимал учащенное дыхание и никак не мог прийти в себя, снова и снова переживая смерть ребенка. Стоящие вокруг него маги расступились, остался только Константин, который положил ему ладони на голову и вернул силу.

В него как будто влили целительный нектар. В жилах забурлила кровь, боль и страх исчезли, сердце вмиг вернулось к прежнему ритму, дыхание успокоилось. Время словно замерло на несколько мгновений. Телу и разуму было тепло и хорошо, его будто покачивало на волнах блаженства. Андрей отдаленно вспоминал свои ощущения  после хорошего отдыха, вкусной еды и расслабляющего массажа, но это было в несколько тысяч раз сильнее и ярче. Мир заиграл новыми красками. Андрей открыл глаза и улыбнулся. Но как только он увидел озабоченные лица магов, воспоминания нахлынули с новой силой, и он схватился за голову.

- Тебе лучше? – Ольга заботливо взяла его лицо в ладони. – Если требуется, наши лекари снимут с тебя стресс, чтобы воспоминания были не настолько яркими, и ты мог поделиться ими с нами.

- Я справлюсь, - Андрей тряхнул головой и с трудом поднялся с пола. Он оглядел тревожные и напряженные в ожидании лица старейших магов, и покачал головой: - Лица я не видел…

Дружный вздох огорчения вырвался у группы собравшихся.

- Тебе что-то помешало? – Андрей разобрал сквозь вздох и еле слышный голос Селены и удивленно разглядел ее, сидящую за столом. Казалось, она разом постарела на несколько столетий. Заклятие отняло у нее гораздо больше сил, чем у остальных, и поэтому она внешне  сохраняла спокойное выражение лица, но Андрей заметил, как подрагивают от перенапряжения ладони, которыми она опиралась на стол, и как слаб ее голос.

- Нет, препятствий не было. Но и лица,  в некотором роде не было. Как не было и его ауры. Я даже не уверен, темный он или светлый.

Гвалт голосов, поднявшийся после его слов, чуть не оглушил бедного парня. Но как только Селена властно подняла руку, призывая к молчанию, все сразу стихли.

- Он применил заклятие смерти?

- Наверно… девушка просто рухнула, а ребенок…

- Просто ты произнес «рухлум», когда очнулся.

- Да. Он сказал это, прикоснувшись к девушке, и она упала.

- Это и есть заклятие смерти. Запрещенное заклинание. Оно дает возможность мгновенно убить человека. Значит, этот маг сильнее, чем мы все думали.

- А у ребенка он высосал энергию, я это четко видел.

- Он выпил его, - кивнула Селена, поморщившись. – Больше он ничего не произносил?

- Какие-то странные слова… Древний язык, сейчас вспомню, как я их понял… Что-то типа «Во имя живущих»…

Глаза Селены расширились от ужаса, и все маги в комнате замерли в напряженном молчании. Андрей удивленно огляделся:

- Что? Что-то не так?

- Во имя жизни, может быть? – дрогнул голос колдуньи.

- Да! Именно так!

- Прочтите его воспоминания, - приказала Селена странно звенящим голосом  тем самым старцам, похожим на мумий, - потом расскажете, что к чему. А ты ложись поспи, - ласково повернулась она к Андрею, и он помимо воли почувствовал, как сразу отяжелели его веки, а ноги почти подкосились, свалив его  в невесть откуда взявшийся диван, - наберись сил, потом поговорим.