ДЭН
Доктор собрал нас неподалеку от дверей в реанимацию.
- Нужен кто-то один.
- Я пойду, - вызвалась мама, высморкавшись в платок.
- Нет, вы точно нет, - возразил врач. - Ему сейчас потрясения противопоказаны, понимаете?
- Я соберусь, - запротестовала мама.
- Нет, не соберетесь, а наоборот. Уж поверьте моему опыту. Человек в реанимации - зрелище не из простых. Если все будет хорошо, то мы переведем больного уже завтра в палату. Вот и насмотритесь вдоволь.
Мама вновь шмыгнула носом и скривилась в очередном порыве заплакать, а Лолка прижалась ко мне, обхватив руками за талию и уткнувшись лицом в район солнечного сплетения.
- Я пойду, - мягко отстранил сестру, целуя напоследок в макушку. Лолу тут же перехватил Рус, обнимая со спины за плечи и притягивая к себе.
- А вы у нас..., - замешкался доктор.
- Сын.
- Хорошо, - врач передал мне халат и шапочку. - А теперь слушай, парень. Главное не нервничать, не тушеваться. Постарайся держаться спокойно. Твоему отцу сейчас крайне нежелательны любые сильные эмоции. Все, что может спровоцировать волнение. Нельзя расспрашивать, нельзя кидаться с объятиями. Нам главное сейчас понять - узнает он кого из родных или нет. Все понял?
Я кивнул, напоследок оглянулся на остальных, сжал - разжал кулаки и последовал за доктором, открывающим массивные двери.
Никогда еще в своей жизни я не видел чего-либо подобного. Огромная палата, шесть кроватей, повсюду трубки, провода, электронные приборы и свет, лупящий сквозь матовые окна. Все кровати заняты. На второй от стены узнаю отца. С трудом, но узнаю.
Из горла торчит трубка, в руке капельница. Отец как будто постарел лет на десять. Похудел. Он смотрел в потолок. И, казалось, даже не моргал.
Я собрался в кучу, как получилось, лишь бы самому не сорваться нахрен от этой жути. Медленно подошел и встал сбоку от него. Так, чтобы он мог меня хорошо видеть.
- Пап.
Отец моргнул и повел головой на звук. В мою сторону. В его глазах одновременно нарастали ужас и растерянность. Он рассеянно метался взглядом по моему лицу.
Я осторожно взял его за пальцы и легонько сжал.
- Пап. Я здесь.
Отец часто задышал, грудная клетка заходила ходуном, и беззвучно открыл рот, пытаясь что-то произнести пересохшими, покрытыми корочкой губами.
- Пап, ты меня узнаешь? Сожми мою руку, если узнаешь.
Отец, попытался что-то произнести, но по факту ничего не получилось. Он прикрыл глаза, сдавшись, а потом слабо сжал мои пальцы.
Клянусь, я чуть не заревел от облегчения.
- Молодец, пап, - попытался приободрить отца. - Ты - молодец. Ты выкарабкался, а это самое главное. Остальное переживем, да? Там за дверью мама и Лолка тебя ждут.
Отец напрягся изо всех сил.
- На...
- Да, да, - оживился я. - Она здесь. Ее не пустили. Ты же знаешь, какая мама - истеричка.
Папа едва моргнул.
- Вот держите, - подошел медбрат и протянул мне какой-то пузырек и ватный тампон. - Это облепиховое масло. Смочите вату и протрите ему губы. Так будет проще.
Мои руки дрожали от волнения. Но я все же смог справиться с эмоциями и поухаживал за отцом. Потом помог его покрутить из стороны в сторону, чтобы дать спине подышать. Мы перестелили пеленку, и время посещения незаметно подошло к концу. Вернулся врач.
- Узнал?
Я кивнул. Врач улыбнулся и похлопал меня по спине.
- Это хорошо. Все, пацан, пора. Нельзя ему перенапрягаться. Завтра переведем в палату. А сейчас пошли.
- Пап, - я напоследок снова сжал его руку. - Ты давай, крепись. Мне столько тебе нужно рассказать, пап. Все будет хорошо, слышишь? Завтра ты всех увидишь.
Папа снова моргнул, и лицо его преобразилось. Как будто немного обрело цвет. Внутри меня скрутился целый клубок из нервов. Никогда еще за всю свою жизнь я не видел отца таким беспомощным, растерянным. Он, точно, ребенок смотрел на меня и ждал. И в глазах немая мольба.
За дверью меня встретили несколько пар глаз, обеспокоенно таращась в полной тишине.
- Все хорошо, он узнал - только и смог сказать.
Мама завыла в голос и подлетела ко мне, обнимая за шею. А за ней и Лолка. Так мы и стояли, вцепившись друг в друга, пока врач не попросил покинуть отделение.
- Завтра его переведем, а уж после поговорим о дальнейшем лечении и возможном переводе в другую клинику, раз вам так приспичило, - приговаривал тот, выпроваживая нас.
После больницы, Гриф сразу же свалил в универ, а Рус поехал со мной. Мы забросили Лолку в спортшколу, маму домой, куда сразу же подрулили ее подружки. И я даже с облегчением вздохнул, потому что оставлял ее не одну.
- Сынок, - окликнула меня мама у двери.
Рус сразу понял, что разговор не для посторонних ушей и учапал к моей машине. Мама же снова прильнула ко мне.
- Я порвала с Геннадием. Никого больше, кроме Вити не будет. Обещаю тебе. Никого кроме него, - она, буквально, вжалась в меня и горячечно шептала, опаляя шею. - Понимаешь, когда это случилось, я поняла, что если потеряю его, то и меня тоже не будет больше. Никого и никогда я так не любила, сынок. Простите меня, простите, родной.
Я зажмурился и задышал чаще, чтобы унять дрожь и подступающую предательскую влагу. Вот неужели, чтобы понять, кто тебе на самом деле дорог, нужно случится такому дерьму? Неужели мы до такой степени слепы?
Возле тачки мялся Беккер, спрятав руки в карманах куртки. Я открыл машину и завалился в еще теплый салон.
- Может, хрен с этой последней парой? - спросил друга, откидываясь на подголовник и сморщившись потер пальцами переносицу.
- Не, Дэн, мне надо. Я после учебы обещал Кате прийти на ее прослушивание к студвесне. Она там песню какую-то исполнять будет. Если тебе не катит, может, подбросишь меня до универа тогда или до метро?
- Ладно, тогда тоже пойду, - согласился с другом и выехал на улицу, нажимая кнопку автоматического управления воротами. - Так, ты все-таки с Катей?
Рус пятерней прошелся по волосам, откидывая их со лба, отчего те снова упали, как было.
- Да. Решил хватит. Вот теперь реально все. Ты был прав, я только больше закапываюсь. Пусть Стрельцова живет, как знает. И я буду... как смогу.
После семинара Беккер уговорил меня сходить с ним на отбор к студвесне, забрасывая аргументами. Типа, одному ему там сидеть стремно. Да, и на самодеятелей наших прикольно будет посмотреть. Лютую кринжатину словить. Хоть отвлекусь.
Я же на самом деле решил списаться с Лерой и предложить ей сегодня зарулить в басик. Как раз у нее тренировка по аквааэробике в расписании, а сам бы просто погонял от борта к борту. Очень хотелось ее сегодня увидеть. Как воздуха в легкие набрать.
Но на звонок Лера не ответила, а сообщение осталось непрочитанным. Да, и в сети ее давно не было.