С Есенией мы знакомы еще со школы. По пьяни переспали на выпускном и с тех пор периодически встречались. Официальной девушкой я бы ее не назвал. Да, она и не требовала. Но в мою компанию была вхожа, друзей моих знала.
Еся училась в меде, была круглой отличницей и считала себя заядлой феминисткой. Однажды призналась, что влюбляться ни в кого в своей жизни не планирует и семью создавать тоже не хочет. Типа, будет жить только для себя.
Меня ее принципы вполне устраивали. К тому же под рукой всегда была девчонка, с которой можно спустить напряжение и неплохо провести время. Вместо того, чтобы снимать в клубе рандомных телок.
Я, наконец-то, вырубил музыку, скинул на пол подушку и уселся на кровати, тупя в одну точку на стене напротив. А потом покосился на аккуратные ступни, выглядывающие из-под одеяла. Больше ничего не было видно. Еська укрылась с головой.
- Сегодня же суббота. Ты на пары собираешься что ли? – донеслось из-под пуховой кучи.
- А ты нет? – я на глазок оценил, где находилась ее попка и шлепнул, отчего девчонка взвизгнула, но из своего укрытия так и не показалась.
- У меня одна лекция. И я сегодня планировала поспать. Давай прогуляем?
- Неа, не могу.
По субботам я частенько подзабивал на учебу, но сегодня не мог. Мне нужно было успеть помириться с Плюшкиной до нашей запланированной на вечер тренировки. А то мало ли че там у нее в голове? А вдруг реально со своей бабулей по душам потрещит, и не видать мне сданного у Дрона экзамена.
К тому же я осознавал, что вчера реально переборщил. И мне стало не по себе, когда заметил, как застрясся ее подбородок и увлажнились глаза, пока Плюшкина выгоняла меня из своей комнаты. Даже растерялся немного. Думал, она не пробиваемая, а там походу комплексов – лопатой выгребай.
- Ладно, сейчас встану, – пробурчала Еся. – Ну, и козлина же ты, Керимов. Мог бы предупредить.
Я осторожно прихватил край одеяла возле ног девчонки и медленно потянул вниз, оголяя сначала темную макушку, потом напряженные лопатки, тонкую талию и округлые ягодицы. Переместился, устраиваясь на Еськиных бедрах и склонился, поднимаясь легкими поцелуями по спине от поясницы к шее.
- Может, еще разок? – хрипловато зашептал и нежно прикусил плечо. - Успеем.
- Не успеем, - Еська заерзала, пытаясь скинуть с себя мою тушу. – Господи, Керимов, ты бы хоть трусы натянул! Слезь с меня!
Я довольно загоготал и побрел в душ. По пути оглянулся на все еще лежащую на кровати, обнаженную девчонку.
- Со мной в душ не хочешь? – предпринял еще одну попытку.
- Дэн! – рявкнула Еська.
Понял. Принял. Не хотела. С утра она всегда была не в настроении.
После душа, Еся по-быстрому сварганила глазунью. Мы перекусили и отправились на учебу. Сначала я закинул Есю до дома, поскольку в мед она ехать все же передумала, а потом забежал в находящийся рядом супермаркет, где купил мягкую игрушку - осла из мультфильма про Шрека.
До первой пары оставалось еще полчаса. До универа без пробок минут десять. Прикинул, что успею до начала лекции поговорить с Плюшкиной.
Но после того, как запарковался на свободном месте и подошел к крыльцу первого корпуса, понял, что не успею.
Мысленно выругался и поспешил спасать ситуацию. И поехавшего с катушек друга.
Рус навис над стоявшей перед ним с отрешенным фэйсом Стрельцовой и просто швырял в нее оранжевыми купюрами, которые, благо ветра не было, оседали вместе со снегом мокрыми бумажками в грязную жижу под ногами.
- Сколько тебе нужно, а? За сколько ты продаешься? За сколько он купил тебя? Ну? – орал уже, походу, невменяемый Беккер.
Стрельцова и глазом не моргнула.
- У тебя столько нет, – ответила равнодушно.
- Чего, млять? Откуда ты знаешь, сколько у меня есть? Ты… черт, ты же…
Я быстро поднялся и встал между Русом и Стрельцовой, закрывая ее собой.
- Рус, ты поехал вообще? Бро, ты чего? Остынь, – я легонько, чтобы не разъярить и так взбесившегося, как быка, друга, толкнул его в грудь.
- Дэн, свали, – зарычал на меня Беккер. - Пусть ответит! Скажет, сколько ей нужно бабла. Сколько, мать твою, тебе нужно? Цену назови?
- Я уже ответила. У тебя столько нет.
- Стрельцова, иди отсюда! – прикрикнул я на девчонку и попытался удержать Беккера, попытавшегося за ней увязаться.
- С меня хватит, слышала? – заорал ей во след Рус. – Приползешь, не приму, поняла?
Мимо нас в универ торопились студенты, любопытно поглядывая на мокрые купюры, раскиданные на крыльце. Обходили их, но никто поднять не решался.
Беккер оттолкнул меня.
- Черт! Сука! – завыл, задирая голову, прикрыл ладонями глаза, а потом спустился с крыльца и уселся задницей на последнюю ступень.
Я тоже спустился за ним и спрятал в карманах куртки заледеневшие от холода руки.
- Че ты творишь, Рус? У тебя на булках будет пятно, как будто, обделался. Яйца отморозишь.
- Да похрен, – ответил тот и порылся в кармане, выуживая оттуда электронку.
- На яйца? – попытался разрядить обстановку.
- На все, – резанул друг.
Я посмотрел на время и понял, что лекция уже началась. Придется теперь после пары Плюшкину ловить, пока она не утрепалась во второй на практику.
- Ты че тут устроил вообще? – спросил Руса, пока Беккер попыхивал вишневым сладковатым паром и пялился вдаль.
- Я не могу больше, Дэн. Я, блин, сдаюсь, – не отвечая на мой вопрос с надрывом признался Беккер. – Если бы Ника рассказала. Хотя бы раз рассказала мне все. Она его не любит! Я же чувствую.
Я бухнул на ступень свой кожаный рюкзак и уселся на него рядом с другом. Мы сидели молча. Я не знал, что ответить ему. Как поддержать. Рус был влюблен. Мы с Грифом столько раз пытались его отвлечь, переключить внимание на других. Вокруг Беккера было столько телок. Завались. Но ничего не выходило.
Снег падал на наши головы. Вокруг тишина. Мы сидели и смотрели, как к корпусу ковыляла девчонка в белой шапке с помпоном и розовом полушубке, из-под которого выглядывал подол темно-зеленого цвета и стройные ножки, обтянутые черной лайкрой. Девчонка держала в одной руке увесистый пакет и сумку для ноута. Подмышкой зажала серый тубус, а в другой руке еще один пакет поменьше.
Посетила мысль – помочь бы, а то еле тащится.
Но только, было, я поднялся, как ручка от увесистого пакета у девчонки в руках порвалась, за ней и вторая, после чего все содержимое бухнулось прямо в снег.
Я хрюкнул. Девчонка молча уставилась на рассыпавшиеся книги и зарычала, топнув ногой. Тубус тоже полетел в снег.
- Да, что ж за день такой дерьмовый! Как же все достало! – она бросила в снег и второй пакет вместе с сумкой и завыла.
Рус меня опередил. Убрал в карман электронку и молча почапал к девчонке. Присел и принялся собирать разбросанные книги, пока та замерев пялилась на друга, копошащегося возле ее ног.