Я шепнул:
– Готовь «Мозголом». Займусь ими сам.
Конечно, проще было натравить на злоумышленников стража и ни о чем не думать, но мне хотелось размяться. С тех пор как я пережил исчезновение Теней, шанса по-настоящему понять свой арсенал не представлялось. Границы возможностей моего ихора оставались размытыми, и мне не терпелось исследовать их.
Аргус не возразил, ускорив шаг и скрывшись внутри корабля.
Я замер у самого трапа и, как только почуял, что все в сборе, развернулся, встречая незваных гостей широкой улыбкой.
– Позвольте, угадаю. Заблудились?
Их было семеро: шестеро человек и один анаки (тот самый, что помог нам в поисках забегаловки) выстроились чуть ли не в ряд и угрожающе смотрели на меня. Не старше семнадцати, худые, бледные и в одинаковых черных хламидах. Каждый при бластере. Ни в ком из них не было даже налета индивидуальности. И только анаки выделялся некой внутренней статью, точно доморощенный аристократ, по случаю забредший в район плохих парней. Он один смотрел прямо на меня и тихо скалился.
– Или у меня перед вами должок?
Этот вопрос тоже остался без ответа.
– А чего твой лопоухий телохранитель ушел? – подал голос анаки. – Струсил?
– Аргус-то? – Я на мгновение оглянулся через плечо. Стража видно не было, но я не сомневался, что явится, стоит мне только чихнуть. – Вот уж вряд ли. Есть у него пунктик – не любит возиться со всякой мелочью.
Молодцы переглянулись и зароптали. Я же улыбался.
Но ровно до тех пор, пока главарь банды не выдал:
– А что с его рожей?
Меня в тот же миг будто кипятком ошпарило. Сердце неистово забилось в груди, а пальцы на руках скрючились от желания ломать шеи. И все же я сдержался.
Анаки будто и не ждал иной реакции.
– Ты знаешь, кто мы такие, верно… Исток?
Я выгнул бровь.
– Дети Шуота, если не ошибаюсь?
Кто-то из пострелов довольно оскалился, словно одно только произнесенное вслух имя их никчемной клики считалось невесть каким подвигом. Губу бы не раскатывали.
– И чем обязан, если не секрет?
– А ты не догадываешься?
– Стал бы я спрашивать.
– Но хоть какие-то идеи есть?
– Ни единой. – И оскалился: – Обожаю сюрпризы!
В ответ на меня уставилась дулами шестерка бластеров.
– Как тебе такой сюрприз, тварь? Хватит мужества ручки запачкать? Или предпочтешь сдохнуть без боя, будто шелудивая псина?
Я демонстративно зевнул. «Сдохнуть» или запачкаться? Действительно ли эти парни понимали, с кем имеют дело?
Тихо хмыкнув, я прищелкнул пальцами.
Никто из шайки не успел даже пикнуть. Всех повалило лицом в пол и спеленало призрачными нитями, будто куколок. Короткий взмах рукой – и бластеры отлетели в сторону, загрохотав где-то в полутьме.
– И это, дамы и господа, устрашающие Дети Шуота!
В ответ меня окатило потоком отборнейшей брани.
– И вы этими губками маму целуете? Кошмар!
Анаки, исхитрившийся приподнять голову, ожег меня полным лютой ненависти взглядом и прошипел:
– Заткни свою черную пасть, паршивая тварь!
Я, признаюсь, растерялся. Такой дичайшей злобы не ждешь от разумника, который и жизни-то еще толком не нюхал. Вопрос вырвался сам собой:
– Сколько тебе лет, парень?
Анаки, ощерившись, выплюнул:
– Старше тебя буду, урод!
– Вот как? – Признание парня удивило меня, но лишь на миг перед следующим вопросом: – На что вы вообще надеялись? Или действительно настолько тупы, что возомнили, будто сможете испугать меня своим пукалками?
Все долго молчали, пока один из банды не выпалил:
– Учитель верит в нас!
– Заткнись, Хват! – крикнул анаки. Он, кажется, был не прочь придушить собрата голыми руками, если б мог дотянуться.
– Учитель? – Мысли в моей голове неистово завозились. К удаче или нет, но эту нелепую стычку с Детьми Шуота вполне можно обернуть в свою пользу. – Что еще за учитель?
И снова все будто в рот воды набрали.