В 1977 году я снова бросил вызов судьбе, и мое четвертое морское путешествие стало самым продолжительным. Пять месяцев одиннадцать человек плыли на тростниковом судне от Ирака до долины Инда и далее через Индийский океан к берегам Африки.
За семь лет до этого наш международный экипаж, в котором не было ни одного профессионального моряка, преодолел на папирусной лодке «Ра И» расстояние между Африкой и Америкой, не потеряв в пути ни единого пучка папируса. Но к концу путешествия наше судно впитало в себя столько воды, что все обросло ракушками и сидело так глубоко, что акулы могли с легкостью заплывать к нам прямо на палубу. Всю последнюю неделю путешествия мы провели на крыше хижины из бамбука, и единственным нашим утешением было то, что промокшие насквозь связки из папируса по-прежнему сохраняли плавучесть. Вообще-то, мы долго могли еще плыть с палубой, едва возвышающейся над океаном, но на Барбадосе мы высадились на берег и отправили плот на грузовом корабле в Осло, где его ждало место в музее «Кон-Тики».
В чем-то мы допустили ошибку. Древние египтяне не строили бы суда из папируса на протяжении многих сотен лет, если бы груз на них не удавалось сохранять сухим до конца плавания. Изображения богоподобных предков, бороздивших океанские просторы на кораблях из папируса, встречаются на стенах древнейших храмов Месопотамии, Египта и Перу, на металлических печатках, обнаруженных в долине Инда, на бронзовых церемониальных барабанах времен первых китайских династий. На Ближнем Востоке я видел рисунки таких больших кораблей из папируса, что на их палубе хватало места для двух хижин, для груза крупного рогатого скота и для многочисленного экипажа. И в Китае Их рисовали столь же реалистично, как в Египте, в окружении императорской семьи и свиты. Инки в Перу оставили изображения подобных судов, на верхней палубе которых стоят король и его воины, а на нижней пленники и горшки с питьевой водой.
Так что же они делали, чтобы папирус не впитывал воду?
В поисках ответа на этот вопрос я построил свой третий тростниковый корабль, «Тигрис».
Для первых двух кораблей я нашел папирус по берегам Нила на территории Эфиопии, а мастера, умевшие строить лодки из тростника, жили в Африке на озере Чад и в Южной Америке на озере Титикака. Но и там, и там после рыбалки лодки всегда вытаскивали на сушу или на мелководье. Никто понятия не имел, сколько дней подряд продержится на воде такая лодка. Ученые считали, что не больше двух недель, как и плот из бальсового дерева. На собственном опыте мы сумели доказать их неправоту. И бальсовое дерево, и папирус вполне годились для постройки кораблей, способных переплыть через океан. Но по-прежнему никто не мог нам сказать, каким образом древние мастера увеличивали срок службы папируса в воде.
— Но могут ли люди забыть то, что они знали на протяжении тысяч лет?
— За ответом мне пришлось отправиться в Ирак к так называемым «болотным арабам». Племя мадан никогда не покидало земель своих предков, получивших от древних греков имя Месопотамия, «Междуречье». Остальная часть Ирака давно превратилась в пустыню, а этот народ по-прежнему жил на плавучих островках из тростника. Генералы железной рукой правили страной из Багдада, но здесь, в краю бесконечных болот, где Тигр и Евфрат сливаются в одну могучую реку, несущую воды в Персидский залив, ничто не изменилось со времен шумеров. Недаром и Библия, и Коран именно сюда помещали блаженные Райские кущи. Ни одна дорога не вела в глубь тростниковых, болот, ни одна антенна не поднималась в небо, указывая на присутствие цивилизации.