Хотя без сновидений было бы лучше.
– Тогда терпения тебе, – искренне пожелал медик и уже собирался уходить, но вдруг обернулся: – Попробуйте тактильный контакт.
– Что? – нахмурился, не уловив мысли.
– Пусть Золотце уберет к черту это стекло, откроет шторы, чтобы солнце попадало на девочку, возьмет ту за руку и просто с ней поговорит, – посоветовал он. – Иногда более душевные вещи помогают лучше любых лекарств.
– Попробуем, – кивнул ему.
Фрэд удалился, а я, вернувшись в палату, передал Еве его совет.
Дрожащими ладонями Ева убрала стекло. До тонкой руки дотронулась, словно боясь ее сломать. Аккуратно взяла ладони девочки в свои и застыла.
– Я не знаю, что говорить, – пробормотала, бросив на меня растерянный взгляд.
– Очередная порция сожалений, что все так получилось, вряд ли будет лучшим решением, – предположил я и, подойдя к Еве, ободряюще сжал ее плечи. – Это вызовет не самые положительные эмоции. Что ты планировала делать, когда Лейси очнется?
Кажется, своим вопросом, я снова загнал Еву в тупик.
– Я… честно говоря, не особо задумывалась. У меня была цель, вернуть ее прежнюю, а что дальше…
– Где вы собирались жить? – попробовал подтолкнуть ее к нужным мыслям.
– В доме Лейси, – откликнулась она. – В том, где сейчас спрятаны сервера Алисы и Шляпника. Дом стоит законсервированный. Тот, что достался мне от родителей, пришлось продать, чтобы купить кристаллов. Я теперь бедна как церковная мышь, а подворовывать у нечестных людей больше не получится – буду искать работу. Если что, Герцогиня меня примет штатным аналитиком. Это не хакерство, так что Шляпник должен позволить. Благо Лейси обеспечена. Состояние ее семьи осталось нетронутым. По документам ей уже восемнадцать, так что она сможет получить к нему доступ.
– Вернешь себе личность? – этот момент меня действительно заинтересовал.
– Хмм… если получится. После вердикта Безумного, как за создательницей идеального интеллекта за мной больше не будут охотиться. С другой стороны, я все еще дезертир. Могут прицепиться военные и заставить продолжить обучение.
– Не хочешь?
– Не особо, – скривилась она. – Зная Конрад, возможно, придется пройти ускоренный курс и слегка сменить специализацию. Один плюс, – наконец улыбнулась она мне. – Если обеспечить надежный зашифрованный канал, работать аналитиком я смогу практически из любой точки космоса.
Это новость правда меня порадовала. Нам еще предстояло обсудить, как в дальнейшем сложится наша жизнь. Но то, что она не готова была обменять эти неясные отношения на карьеру, взволновало.
– А чем же займется Лейси? – время обсудить нас еще наступит, сначала надо разобраться с девочкой.
– В любом случае ей предстоит физиотерапия, чтобы восстановить двигательные функции тела, – все же заметно повеселев, рассуждала Ева. – А потом… изначально планировалось, что Лейси поступит в пансион под патронажем Герцогини. Там проводят дополнительные занятия для особо одаренных учеников. С другой стороны, сложно предположить, в каком состоянии она очнется. Если будет помнить только то, что было до болезни, то идея с пансионатом вполне действенна. Там будет много ее сверстников, она наконец-то заведет себе нормальных друзей. Но если она сохранит свои воспоминания и как Алиса… Боюсь, в пансионате ей будет нечего делать. В принципе в учебном заведении. Объем поглощенных ею знаний больше, чем в любом академическом курсе. Но они довольно узко специализированы, – неожиданно глубоко задумалась над этой темой Ева. – Она хорошо разбирается во всем, что связано с хакерством и программированием. Математика, физика и прочие точные науки – это без проблем. А вот гуманитарные… Историю не знает совсем. Литература, культура, политическое устройство, расы и народы вселенной. Языки тоже, скорее спасибо постоянному доступу к онлайн-словарям. Наверное, лучшим вариантом будет найти ей хороший гуманитарный колледж. Она сообразительная, быстро подтянет общие знания. А вот институт выберет сама. Если вообще захочет продолжить академическое образование…
– Это вряд ли… Да и с языками это ты дружишь только благодаря моему синхронному переводу. А я в себя несколько десятков словарей закачивала, и прекрасно их помню, – тихий голос заставил нас вздрогнуть.
Девочка в капсуле слабо щурилась в ярком солнечном свете. Пальцы ее рук едва дрогнули.
– Лейси… – словно не веря своим глазам, прошептала Ева, крепче вцепившись в тонкую руку.
– Боюсь тебя разочаровать, но я Алиса, – тихо отозвалась девочка, чуть привыкнув к свету и распахивая голубые глаза шире.