— Наконец-то, — басовито произнес охранник, разминая плечо; грязная сумка валялась у него в ногах.
— Подумаешь, — фыркнул его напарник, срывая красный мак, — всего ничего в пути, а уже ноешь.
Роми, стоя в метре от края, перехватил удобнее сумку и повернулся к подчиненным. Поставил в известность:
— Если не найдем тут того, кого ищем, то сразу же отправимся в путь.
— Как? Даже не отдохнем?
— Пообедаем, тогда и отдохнешь, — ответил он и пошел вдоль обрыва.
— Чего это с ним? — раздался тихий вопрос позади.
Я повернулась к Елрех, плечами пожала и снова посмотрела на осанистую спину Роми. И важно ли, что с ним?
— Может, искренне хочет мне помочь, — предположила я.
— Помочь он тебе и раньше хотел, но так сильно не спешил. Идем за ним, а то, как утром, злиться будет, что медлим.
Солнце уже стало клониться к горизонту, когда мы подошли к спуску. Небольшая тропа уводила вниз, а там виляла вдоль реки и упиралась к маленькому причалу. У него же стояли вышка и небольшой домик, из которого к нам навстречу выскочил молодой эльфиор. Встретил нас настороженно, но как разглядел Роми и его знак на груди, так сразу и просиял.
— А я сюда недавно прибился, — запросто отвечал он на прямые вопросы. — Мама заболела, в Обители нам помочь не смогли, а знакомые сюда отправили. Знахарка сильная тут живет, из-за нее мы семьей сюда и перебрались. Вот рассветов пять назад, как пришли, поэтому всех еще не узнал. Если Кейел тут и живет, то я с ним еще не успел познакомиться. Вы пройдите внутрь, в деревню прямо! Там дом старосты первый стоит, с деревянным драконом во дворе. Вы не пропустите. Только на воротах никого не зовите и духов охранных не опасайтесь, добрые они тут.
— А почему не звать никого? — Елрех выступила немного вперед.
— Так деревня небольшая! Вы не смотрите, что она с холма выглядит большой, не так это. Место хорошее, как видите, вокруг простор какой, да и лес поблизости хороший. Хищников мало, а те, что есть, всегда сытые. Дичи много, рыбы еще больше. Но вот добраться сюда только рекой можно, но там пороги опасные, приходится лодки по берегу тащить. По лесу только молодые пробираются, а как кто постарше — уже остерегаются, чтобы ноги не поломать. Вот существ и мало тут живет, и в основном старшие. Они все сейчас за деревней причал новый строят, кто-то в деревне трудится, потому ворота открыты, сторожить некому.
Распрощавшись с эльфиором, направились к деревне. До нее было рукой подать, поэтому шли на втором дыхании. Я вдыхала воздух полной грудью, гнала пугающие мысли прочь, кусала губу и мяла ремень сумки. На ровном месте спотыкалась. Елрех шла рядом и, украдкой поглядывая в мою сторону, лоб жалостливо морщила. Речной запах смешался с ароматами луговых трав, свежесть холодила лицо. Я волосы со лба убрала и, когда пустые ворота миновали, стала озираться.
Дом старосты сложно было бы пропустить. Вслед за остальными я подошла вплотную к низкому частоколу, рукой ухватилась за штакетину и заморгала часто, непрошенные слезы убирая. От вида вырезанного из цельного бревна дракона сердце застучало быстрее. Он выглядывал из травы и с игривым взглядом добычу высматривал. По длинной спине тянулся гребень, и чешуя на ней виднелась четче, а вот на морде трещина немного портила вид, рассекая нос ровно по центру.
— Хозяин! — охранник вошел во двор к старосте и бодро зашагал к крыльцу; светло-зеленые духи вертелись вокруг него. — Хозяин! Есть кто дома?
Остальные тоже стали входить во двор. Шан’ниэрд заколотил в двери, но звучный голос послышался из-за дома.
— Иду, иду! — Высокий эльф, руки вытирая о темный фартук, показался на дорожке.
В это же время в другой стороне раздался иной стук. Топор стучит по дереву?
Сердце замерло. Я отступила от забора и на новый зов побрела. Ладони потели, с каждым шагом слабели ноги. Стучали во дворе, где стоял высокий дом с резными ставнями и козырьками. Забор был низкий, но работника заслоняла яблоня, ветки которой под множеством плодов чуть ли не до земли клонились. По утоптанной дороге шаг пружинился, пыль поднимал, и я смотрела на нее, не смея взгляда оторвать. Расстроюсь ведь, когда опять увижу, что надежда не оправдалась. Так хоть пожить волшебным ожиданием чуть дольше.
На пути яблоко возникло. Настолько спелое, что треснуло и ароматной кашей начало подгнивать в пыли. Пчелы кружили вокруг, ползали по нему. Левее ромашки любовались в крохотной луже своим отражением. Муха присела на белый лепесток, но с теплым дуновением ветра сразу же слетела. А стучать не прекращали…