Надо что-то делать.
Кин повертела головой, но не увидела ничего, кроме высоких деревьев с толстыми стволами и пышными кронами, низких колючих кустов, сухих веток, травы и гнилых пеньков… На талисмане было слово «Ко», однако, сколько ни пыталась, девушка не могла припомнить деревню, город, гору, реку или другое место с таким названием. Что это, во имя Богов небесных?
Слабость разливалась по телу, заглушая тупую пульсирующую боль в мышцах и суставах. Кин знала это чувство — откат Ци. Если заклинатель использовал слишком много внутренней энергии, его сознание спасалось сном, дабы восстановить утраченное — то же случится и с девушкой через полчаса или даже меньше. Уснуть на поляне под порывами холодного ветра? Не самая лучшая идея.
Кин склонилась над лисицей. Грудь белоснежной хитрюги вздымалась, но дыхание было поверхностным и частым. Очевидно, маленькая воришка потеряла много крови. Девушка боялась повредить внутренние органы лисы или сломать ей ребра, но другого выхода не видела — придется нести животное на руках.
Еще в первую встречу с лисицей Кин отметила золотой ошейник и четыре подвески, прикрепленные к нему. На правой лапе воришки все еще виднелся браслет с колокольчиками. Только сейчас девушка пришла к выводу, что лисица — явно не просто лисица, потому что, даже будь она питомцем богатых людей, все равно не носила бы такие дорогие украшения.
Времени на рассуждения не оставалось, потому что слабость все больше соблазняла девушку упасть на землю и уснуть. Осторожно обхватив тельце лисы, Кин подняла ее так аккуратно и бережно, как только смогла. А воришка-то оказалась тяжелой! Вроде мелкая на вид, но весила, как мешок с картошкой. Ноги подкашивались, но Кин заставила себя сделать несколько шагов.
Глаза животного вдруг открылись. Лиса внимательно посмотрела на Кин, как будто оценивала, можно ли доверить свою жизнь одинокой заклинательнице с одной только дудкой в кармане. Взгляд лисицы прошелся по лицу Кин, испачканному в крови, и что-то опасное блеснуло в разноцветных глазах. Животное словно испытывало злость от того, что девушка переусердствовала с колдовством и вызвала носовое кровотечение. Пушистая мордочка потянулась к лицу Кин, но воришке кальмаров не хватило сил и она безвольно обмякла в руках девушки.
— Не лезь, ты ведь ранена, бедняжка, — улыбнувшись, посетовала Кин. — Лучше о себе побеспокойся. Не вздумай умереть и бросить меня тут одну. Я даже не знаю, куда идти.
Со всех сторон Кин видела только бесконечный лес. Небо уже потемнело. Луна показалась на черной глади, серебристый диск сегодня святился особенно ярко, будто пытался помочь несчастным путникам и осветить укрытую мраком дорогу. Кин пошла прямо, потому что иных вариантов не видела — что право, что лево, все одно, лес да и только.
Ко… может, так назывался этот лес? Зачем каннуси Дзин создал талисман перемещения, отправляющий людей в такое место? Почему не написать название города или хотя бы маленькой деревни? Что делать дальше? Кин не сможет вечно идти с раненой лисой в руках.
Животное закрыло глаза. Дыхание стало совсем тихим и прерывистым. Тишину нарушал мерный стрекот сверчков, тонкое пение каких-то незнакомых птиц и свист холодного ветра. Свет луны, рассеиваясь тонкими лучами, проникал сквозь переплетённые ветки и пышные кроны деревьев, однако его не хватало, и Кин шла в липком полумраке, который с каждым мгновением облеплял все живое и неживое. Что-то теплое стекало по руке девушки — кровь лисы. Боги, бедняжка потеряла столько крови…
Нога ударилась обо что-то твердое. Камень? Кин вскрикнула, лиса вяло дернула острыми ушками, но глаз открыть не смогла. Вокруг уже разлилась тьма, девушка видела только смутные очертания деревьев, кустов и пней. Луну заслонили тяжелые темные облака.
Проклятье.
Кин остановилась, чтобы перевести дыхание и хоть на секунду остановить свои упаднические мысли. Она боялась, тряслась от холода, высокие ветки давили на нее со всех сторон, стрекот сверчков раздражал, птичье пение казалось чрезмерно громким. А впереди не было ни намека на жилые дома или хотя бы протоптанную дорогу. Колючие кусты цеплялись за хакама, а ледяной ветер буйствовал настолько, что сбивал с ног и безжалостно лупил по лицу. Кин хотела бросить все, упасть на землю и просто умереть — она не смогла спасти Асами, хотя тренировала свою темную магию с малых лет, ничего не смогла сделать, когда вылезла та гигантская многоножка. Зачем добрая Асами спасла такую бесполезную дрянь и приютила на свою голову?