Может, правильно говорили служки из поместья Ито, где до свадьбы жила подруга? Голубые глаза несут несчастье и смерть. Так и случилось. Асами уволокла демоническая бабочка, замок Кондо атаковали ёкаи.
Оскорбления, которые Кин слышала на протяжении всей жизни, больно ударили по голове.
«Зачем госпожа Ито подобрала этот мусор с дороги? Воистину, наша госпожа — человек слишком добрый и наивный».
«У нее голубые глаза, видели? Ее мать точно спуталась с теми чужеземцами, которые много пьют и часто ходят в Красные дома. А может, мать этой нищенки и сама была жрицей любви?»
«И чем она занимается каждый день? Не помогает госпоже одеваться, не играет на инструментах, не услаждает взор красотой и даже не умеет шить. Зачем она нужна?»
Воспоминания обрушились на Кин раскаленной лавой: все обидные слова, все невзначай брошенные обзывательства, все косые взгляды и все перешептывания… Асами говорила, что Кин ничего не нужно делать — достаточно быть верной подругой. Но так ли это? Может, Кин все же делала недостаточно?
Или голубоглазые люди действительно прокляты.
Лисица в руках девушке зашевелилась. Разноцветные глаза открылись, и Кин увидела во взгляде животного понимание, перемешанное со странным смирением и глубокой печалью. Лиса как будто хотела сказать: «Все хорошо. Ты можешь поплакать. Ты можешь сдаться».
— Я ее найду, — Кин говорила неуверенно, потому что не верила своим словам. Но ей нужно было их произнести, иначе сомнения окончательно заполонят голову.
На секунду показалось, что в потускневшем взгляде лисицы мелькнула искра лукавства и озорства, точно малышку позабавило заявление девушки. Животное вяло кивнуло пушистой головой и снова закрыло глаза.
— И тебя я тоже спасу, — продолжила Кин и зашагала вперед, стараясь ступать тихо и осторожно. — Надо просто найти ночлег и обработать твою рану.
В ответ лисица прижала голову к груди девушки и свернулась в ее руках очаровательным калачиком.
«Я тебе доверяю», — вот что читалось в действиях этого удивительного животного. Лиса доверила Кин жизнь. Как и Асами когда-то. Прежде чем утонуть в отчаянии и сдаться, Кин должна попробовать — попробовать побороться. В конце концов, она все еще жива, дышит, не превратилась в калеку и способна идти, а значит, не все потеряно. Нужно просто добраться до ближайшей деревни, обратиться к местному священнику и рассказать историю о нападении ёкаев. Наверняка опытные мастера Ци знают, в чем дело и почему демоны вдруг объявились в разгар свадебной церемонии.
От холода сводило мышцы. Кин шла медленно, скрюченные ветви деревьев тянулись к ней, словно десятки черных рук. Лисица истекала кровью, в воздухе витал аромат ржавого железа. Можно было бы сделать небольшой привал и наложить на рану животного повязку, однако Кин хотела оказать малышке помощь в теплом месте. К тому же у нее не было ни тряпок, ни воды.
В какой-то момент лесные заросли сменились протоптанной дорогой, окруженный низкими кустарниками со странными алыми цветами. Пышные бутоны прятались в путаных ветвях и тускло подсвечивались изнутри. Подобных растений девушка никогда не видела, а потому решила держаться от них как можно дальше. Кроме того, Кин могла поклясться, что еще секунду назад никакой дороги тут не было — тропа как будто возникла сама по себе. Девушка понятия не имела, куда ее занес талисман перемещения, поэтому решила приготовиться к худшему. Возникающие из ниоткуда тропки — дурной знак. В старых легендах злобные ёкаи использовали магию, чтобы запутать путника и направить его по ложной дороге — по пути, который приведет в их логово. Так они отлавливали незадачливых путешественников и потом кормились их телами, а глаза и кости потехи ради подбрасывали под двери другим людям.
Каннуси Дзин не создал бы талисман, открывающий путь в опасное место. Наверняка слово «Ко» что-то означает, просто девушка никогда его не слышала.