Ёкай угрожающе рыкнул. Кин выдохнула, лиса снова закрыла глаза и замерла — рана в пушистом теле все еще кровоточила. Девушка не совсем поняла, чего от нее хотела лиса, но и оставаться на месте смысла не было. Надо идти. Если ёкай не напал сразу, то вряд ли сделает это потом. Кин — легкая цель. Она ослабла, не взяла никакого оружия и бродила совершенно одна. Даже мелкий низший ёкай смог бы справиться с ней, что уж говорить о ком-то сильном и большом.
Кин снова пошла вперед. Спина у нее уже заледенела, передвигаться было очень тяжело. Ноги болели. Сиплое рычание не утихало ни на миг — ёкай следовал точно за девушкой, повторял каждый ее неуверенный шаг. Он постоянно рычал, под его лапами все время что-то хрустело. Ветви? Листья? Чьи-то кости?
Спину Кин опаляло дыхание ёкая, но это не спасало от холода, ползущего по позвоночнику. Она уже не понимала, куда идет и зачем, дорога не заканчивалась. Лес был бесконечным — бесконечный темный капкан. Кин боролась с дикими желанием обернуться и посмотреть на существо, преследовавшее ее, но чутье подсказывало: не нужно играть с судьбой. Чего бы не хотел странный ёкай, он явно не собирался нападать на девушку. Тогда почему преследовал? Ждал, когда жертва оступится, упадет и окончательно потеряет бдительность? Но зачем? Кин сейчас была так слаба, что едва переставляла ноги — она не смогла бы дать отпор. Отчего бы не сбить ее одним четким ударом и не сожрать сразу же?
Мысли в голове путались. Кин шла вперед, со всех сторон на нее давили высокие деревья, которые казались призраками, притаившимися в тени. У дороги не было конца, и создавалось впечатление, что девушка стоит на месте и не движется. По руке безостановочно стекала кровь лисицы, уже практически переставшей дышать.
В какой-то момент Кин остановилась и, пошатнувшись, едва не упала носом в землю. Угрожающее рычание за ее спиной стало громче, тьма сгущалась вдалеке. Ничего не выйдет. Девушка идет уже неизвестно сколько времени, а пейзаж совершенно не изменился — все та же прямая протоптанная тропа, с двух сторон окруженная высокими деревьями с толстыми стволами и немыслимо пышными кронами. Скорее всего, Кин угодила в какую-то хитро сплетенную ловушку лесных ёкаев, и было неясно, как выбраться из западни. Все, что она знала и читала о тварях потустороннего мира — ложь. У нее не осталось сил бороться, запас внутренней энергии истощился после оживления каменной статуи Аматэрасу. Она даже не понимала, в какой провинции Империи Тан очутилась.
Спину вдруг обдало жаром, как если бы кто-то дыхнул на девушку. Рычание усилилось, стало гораздо громче, ледяная энергия ёкая разлилась по пространству. Кин бросила взгляд на деревья, притаившиеся с левой стороны, потом посмотрела направо и не увидела ни одного пути к отступлению. В таких густых зарослях она скорее получит смертельные раны, чем убежит от рычащего монстра.
Что же делать?
Кин никогда не бывала в подобных ситуациях. Она ни разу в жизни не оказывалась одна посреди глухого леса, с умирающей лисой в руках и без какого-либо оружия. Неизвестное чудовище за ее спиной продолжала испускать холодные демонические миазмы и утробно рычать.
Внезапно одно из деревьев зашевелилось. Вытаращив глаза, Кин наблюдала за массивным коричневым стволом, который вдруг покачнулся. По крепкой древесине прошлась странная рябь, темная круглая крона качнулась вправо.
В стволе неожиданно показалось лицо. Не женское и не мужское, потому что черты его были смазанными, их с трудом удавалось разглядеть. Пустые глазницы уставились на одинокую девушку, а в коре образовался круглый рот, напоминающий черную дыру. Лицо проявилось прямо в центре высокого ствола, оно не умело моргать и издавало странный скрипящий звук.
Рычание за спиной Кин стало еще громче. Краем глаза девушка заметила, что в десятке других деревьях тоже появились лица: маленькие и крупные, четкие и, наоборот, еле отделимые от шероховатой коры. Все они пораскрывали пустые глаза и уставились на путницу, несущую в руках умирающее животное.