Айко энергично неслась через длинные коридоры, шаги ее, несмотря на низкий рост и короткие ноги, были широкими. Кин не претендовала на особое положение и сразу определила себе место в доме для слуг. Здесь ей удалось выцепить отдельную комнатушку, однако вездесущую Айко ничего не останавливало: служка постоянно лезла к девушке со своими рассказами и сплетнями. Даже сейчас Кин не понимала, зачем идет за Айко, если ей не интересно, кто там и зачем крал мясо с кухни. Лиса или человек — какая разница?
Они миновали несколько узких коридоров и спустились на первый этаж. Клан Кондо владел несколькими огромными дворцами, и замок на горе Фуй — лишь один из них. Кроме дома для слуг, поместье вмещало большой храм Богини Аматэрасу, сокровищницу, отдельную хибарку для библиотеки и какое-то старое заброшенное здание, куда хода не было никому. Кин посещала только центральный замок, где проживали члены клана Кондо, и дом для слуг — остальные постройки ей исследовать совершенно не хотелось.
Кухня полыхала жаром огненных печей, звон посуды раздавался повсюду. Повара и служки сновали туда-сюда; краснощекие девчушки ловко нарезали мясо, овощи и фрукты, украшали блюда цветами, сыпали на сладости сахарную пудру. Кто-то отмывал грязную посуду. Голова Кин сразу пошла кругом от гула голосов, непрекращающегося ора и треска дров в огромных каменных печах. Было невыносимо жарко. В своих тяжелых синих хакама**** и плотно запахнутой черной косодэ***** девушка словно впитывала тепло от огня, и пот тут же заструился по спине. Лоб покрылся испариной. И как кухонные служки постоянно находились в такой удушливой жаре?
Работники встретили девушку настороженными взглядами, несколько служек даже перестали шинковать картошку. В отличие от всех коренных жителей Империи Тан, Кин была голубоглазой — и ее голубые глаза стали настоящим проклятием. Девушка обладала кудрявыми темно-каштановыми волосами, низким ростом и бледной кожей, она была тощей и угловатой, как палено. На фоне ослепительной Асами Кин всегда ощущала себя какой-то неполноценной уродиной, но это не имело значения, потому что девушка все равно не собиралась покидать свою подругу. Зачем ей быть красивой и нравится окружающим? Свое место она хорошо знала.
Айко юрко обошла бегающих от котла к котлу поваров и скрылась за раздвижной дверью, ведущей в помещение для хранения мяса и овощей. Кин не хотела стоять в одиночестве на кухне и ловить на себе любопытные взгляды, поэтому последовала за шустрой служкой.
Они оказались в небольшой комнате, где в стенах торчали полки, битком набитые замороженными кусками курицы, индейки, рыбы и морепродуктов. Там, в дальней части узкого помещения, Кин с удивлением обнаружила ослепительно-белую лицу, угрожающе скалящую пасть. Девушка редко видела диких животных, а уж белых лисиц не встречала никогда. Что во дворце клана Кондо делает лиса? Как она сюда пробралась? Кто-то принес ее в замок или хитрая красавица обнаружила дыру в каменной стене, окружающей поместье?
Главный повар, усатый старик по имени Бон, который всегда стягивал седые волосы в тугой хвост, нависал над крошечной лисичкой и сжимал в руке кухонный топорик, явно намереваясь воткнуть оружие в голову бедного животного. Мужчина злобно зыркал на похитительницу мяса, а та в ответ скалила острые клычки и, встав на дыбы, размахивала пушистым белым хвостом.
— Тварь! — ревел Бон, потрясывая острым топориком. — Всех кальмаров сожрала! Что я должен подавать к столу?!
— Эй Бон, — весело позвала его Айко. — Как думаешь, благородные умы едят лисятину?
— Ты что тут забыла?! — недовольно пробурчал повар. — И эту с собой притащила! У меня тут что, театральное выступление? Идите на кухню и займитесь делом!
Кин слушала препирательства Айко и Бона вполуха — все ее внимание сосредоточилось на лисе. Животное было очень красивым и явно ухоженным: белая лоснящаяся шерсть едва ли не сверкала чистотой, острые ушки забавно подергивались, пушистый и на вид невероятно мягкий хвост метался из стороны в сторону, но больше всего поражали глаза этого удивительного создания.
Они были разноцветными. Правый глаз животного казался настолько черным, что в его глубине тонул даже зрачок, левый же сиял насыщенным голубым оттенком, прямо как у самой девушки — разве что ее глаза не были такими неестественно яркими. На шее лисицы красовался широкий золотой обруч, к которому крепились небольшие квадратные подвески: их было четыре и все они поблескивали в тусклом свете комнатки. Девушка так же заметила на левой лапке животного крошечный браслетик из сплетенных крест-накрест алых ниточек; в этом нехитром украшении звенели золотые колокольчики размером не больше ногтя на мизинце. Девять золотых колокольчиков. Золотой ошейник, золотые подвески…