Все уже собрались. Господин Кондо Шин, жених Асами, оделся в традиционные свадебные хакама серого цвета, косодэ и хаори белого оттенка. Его лицо не выражало никаких эмоций — очевидно, молодой человек не обрадовался новости о своей свадьбе и тоже не хотел сковывать себя узами нежеланного брака. Он был моложе Асами на несколько лет, еще совсем юнец — такому красавцу впору совершать подвиги и наслаждаться вниманием женщин, а не брать в жену старую деву, засидевшуюся в отцовском поместье.
По заветам предков, молодоженов всегда сопровождают их родители, но главы семейств и их супруги были заняты другими, более важными делами. В конце концов, политические взаимовыгодные союзы двух влиятельных кланов заключались практически каждый день, и подобное уже никого не удивляло. К тому же господин Шин в скором времени сможет взять себе еще одну жену — наверняка его семья не видела смысла приезжать на каждую свадьбу сына.
В таких браках кто-то всегда жил в печали и горе. И чаще всего страдали девушки, ведь они не могли открыто выразить симпатию другому человеку, в то время как их муж имел возможность развлекаться с наложницами без каких-либо последствий.
На главном дворе собралось свыше сотни человек. Родственники Шина, родные Асами, священнослужители из храма Аматэрасу, слуги дома, самураи, музыканты… Кин вжала голову в плечи, пытаясь раствориться в ослепительной белизне свадебного наряда подруги. Как жаль, что девушка в самом деле не может стать безликой тенью.
Шин равнодушно посмотрел на Асами и, как того требуют обычаи, протянул ей руку. С натянутой на лице улыбкой невеста приняла приглашение, и под аккомпанемент древней музыки молодожены медленно направились к воротам высокого храма Богини Аматэрасу.
Кин шла за Асами и спиной чувствовала недовольные взгляды родственников, плетущихся следом. Музыканты сопровождали процессию торжественной мелодией, тяжелой и невыразимо скучной. Каннуси Дзин и жрица мико, облаченные в традиционные одеяния, шли самыми первыми — готовились отворить двери храма. Никто не разговаривал, и тишину нарушали лишь звуки, издаваемые струнными инструментами.
Свадьба походила на похороны — вот какая мысль мелькнула в голове Кин. Ни Асами, ни господин Шин, ни другие люди не выглядели хоть сколько-нибудь веселыми или счастливыми. Даже музыканты играли через силу, а каннуси и маленькая мико так и вовсе сосредоточенно смотрели вперед, пряча за маской равнодушия любые эмоции.
На небе пылало закатное солнце. Время близилось к вечеру, скоро стемнеет. Кин шла по пятам за Асами и прислушивалась к музыке, сопровождающей свадебную процессию, пока ее сердце все еще колотилось в груди, а по спине бежали капли холодного пота. Она шла и не разбирала дороги.
Что-то было не так, но никто этого не замечал. Каннуси Дзин и мико упрямо вперед, остальные гости молча следовали за молодоженами.
Наконец, тихая толпа подошла к храму Аматэрасу. Кин привыкла, что большую часть храмов мастера строили из привычного дерева, но клан Кондо даже в этом вопросе превзошел всех. Величественная одноярусная пагода, сотворенная из серого камня, возвышалась над прочими постройками — эдакая глыба, утыкающаяся в закатное небо. К широким деревянным вратам вела крутая и неимоверно высокая лестница с пугающим количеством ступеней. У храма не было ни торий**, ни комаину***, и это обстоятельство казалось девушке чрезвычайно странным. Над массивными позолоченными дверями сиял знак солнца, начертанный красными чернилами.
Не сговариваясь, каннуси Дзин и мико принялись подниматься по лестнице. За ними молча шли жених с невестой. Убогая и нудная мелодия, которую музыканты играли на струнных инструментах, наконец-то стихла, и девушка облегченно выдохнула. Слушать такой заунывный мотив было практически невозможно. Кин напряженно оглядывалась по сторонам, воспоминания о снах проносились перед глазами. Она шла за Асами и не обращала внимания на возмущенные шепотки, волной пронесшиеся по толпе гостей.
Плевать она хотела на условности и правила. Речь шла о безопасности Асами.
Каннуси Дзин и мико распахнули огромные двери-ворота. Кин прожила во дворце Кондо полтора месяца, но храм Аматэрасу не посещала, потому что боялась проколоться со своей жуткой магией и навлечь гнев священнослужителей.
Храм Богини солнца внутри оказался очень… пустым. Высокий потолок поддерживали каменные колонны темно-красного цвета, в дальней части просторного зала располагались деревянный алтарь с одной дверцей и великолепная каменная статуя Аматэрасу. Богиня держала в руках солнце, полы ее роскошного кимоно развивались на ветру, а волосы были собраны в сложную прическу. Кин подивилась мастерству человека, который сотворил это чудо — изящность линий и плавность контуров заслуживали восхищения. Изваяние сделали из камня, но Богиня казалась живой.