Операцию по уничтожению моей лаборатории назначили через три недели после первого звоночка в виде фиктивной инспекции экологов, которые, разумеется, ничего предосудительного в работе лаборатории не обнаружили. В выходной день, когда здание лаборатории пустовало, группа специалистов общей сложностью человек двадцать, поздно ночью, подъехали к лаборатории. Все электронные системы наблюдения и сигнализации были уничтожены. Не подготовься я заранее, и не установи альтернативную и независимую систему видеонаблюдения, не имел бы позже веских аргументов для обвинений. Оглушив электронику, налетчики проникли внутрь и принялись вытаскивать из лаборатории все цифровые носители информации, все детали прототипов и экспериментальные образцы. Меня разбудила магическая сигнализация, установленная на прототипы, так бы узнал о происшествии только постфактум. А так смог наблюдать через дублирующую видеосистему все действо в прямом эфире. Одним только ограблением налетчики не обошлись. Видимо с целью замести следы, здание лаборатории просто подожгли. Этот факт тоже попал на видеозапись.
Как только вся операция была завершена, и налетчики спешили убраться восвояси, я скользнул в астрал и быстро оказался на месте. Отследить, куда направилась колонна с налетчиками, большую часть которых составляли опытные наемники, не составило большого труда. Пытаясь запутать следы, машины разъехались в разные точки города, но я знал в какую из них погрузили украденное экспериментальное оборудование. Именно этот фургон отправился за город. Фургон проехал километров двадцать от черты города и въехал в неприметный ангар. Внутри ангара добытое оборудование перегрузили в очередной микроавтобус и опять повезли в город теперь уже другой дорогой и в другой район столицы. Не оставь я специальные метки на всем этом барахле, не нашел бы концов. А тут точно знаю куда отвезли, кто отвез и кому.
В результате всей этой сложной, как они думали, операции, мои прототипы оказались в лаборатории одного из исследовательских комплексов корпорации «Энадалин металл», где всю добычу встречал целый ученый совет ведущих специалистов. Не обошлось и без главы корпорации, самой баронессы Раины Эндалин, которая, явилась в лабораторию ранним утром, уже после того как мне доложили о пожаре в моем экспериментальном НПО.
У сотрудников лаборатории была вся ночь для того чтобы провести исследование привезенных трофеев. Работала целая команда, вооруженная очень качественной исследовательской аппаратурой, но похоже на то что общего мнения по поводу того, что же им досталось, они так и не составили.
Заявившейся главе корпорации, отвратительной стервозной особе, хоть и красивой, что надо признать, тоже ничего внятного так рассказать и не смогли. Я с удовольствием выслушивал туманные и неясные предположения ученых по поводу того для чего служит это оборудование, а сам уже формировал портал по метке, которую оставил в соседнем помещении через астрал. Это была подсобка, камер наблюдения там не было. Повесив на пояс родовой клинок, поправив военный мундир, я уверенно шагнул в образовавшийся портал прямо из своей комнаты.
Выйдя из подсобки дистанционно с помощью силового управление отвернул в сторону камеру наблюдения и прошел в лабораторию, где в этот момент негодовала сама баронесса.
— Сборище идиотов! — кричала разгневанная женщина. — Не можете выяснить для чего нужны все эти устройства, собранные из совершенно стандартных деталей. Проведите моделирование на киберстанции, проанализируйте, поставьте несколько экспериментов.
— Простите, госпожа, — мямлил один из ученых, пожилой, и явно заслуженный специалист. — Но в таком виде оборудование будет создавать просто набор высокочастотных вибраций. Без управляющего алгоритма, выяснить для чего они предназначены не получится. Это просто невозможно.
— Не вы ли профессор Мохейн убеждали меня что без прототипа понять над чем работает лаборатория графа у нас не получится, — взвизгнула баронесса. — Это вы торопили меня добыть образцы. А теперь, когда образцы перед вами, вы вновь разводите руками и говорите, что не знаете для чего нужны все эти устройства.