Я подошел к Рейчел, которая ошарашенно таращилась на мой пах.
– Что имела в виду Венэбл? – спросила она. – Это связано с… с анатомией?
– Объясню позже, – сказал я.
Я схватил Рейчел за руку и повел прочь из кафе. Раз мой пистолет так заметен, нам лучше побыстрее убраться из Юнион-стейшн.
– А я и не знала, что теперь тут большой торговый центр, – покачала головой Рейчел. – Можно мне купить что-нибудь из одежды?
– Только не здесь. Тут маленькие магазинчики, а нам лучше закупаться в универмаге, чтобы все разом.
– А может, на другом этаже есть именно такой магазин?
– Здесь нам задерживаться нельзя! – отрезал я.
И повел Рейчел к главному входу. Не прошли мы и сотни шагов, как нам повстречался полицейский. Он появился так внезапно, что я не уберегся и встретился с ним глазами. Мне показалось, что после этого он замедлил шаг. Мое сердце бешено заколотилось. Полицейский был за нашими спинами, но я не сомневался, что он сейчас повернулся и смотрит на нас. Мне захотелось тут же оглянуться и проверить…
Заметив, что я весь напрягся, Рейчел спросила:
– В чем дело?
– По-моему, нас здесь ищут.
– Разумеется.
– Я имею в виду гласно. У меня впечатление, что полицейский, мимо которого мы только что прошли, узнал меня.
Рейчел хотела было оглянуться на полицейского, но я так решительно замотал головой, что она оставила свое намерение.
– Ты хочешь сказать, что нас теперь ищет не только АНБ, но и полиция?
– Боюсь, что да. Не отходи от меня ни на шаг. Возможно, придется удирать.
Мы подошли к большому дереву в огромной декоративной кадке. Я завел Рейчел за кадку, а сам наконец оглянулся, более или менее прикрытый разлапистым деревом. Полицейский следовал за нами и теперь вытягивал шею, высматривая меня за ветками. При этом он что-то говорил в микрофон на воротнике.
– Нас засекли, – хладнокровно констатировал я. – Делаем ноги!
Глава 26
Я схватил Рейчел за руку, и мы торопливо зашагали, только не к выходу, а в сторону лестницы, используя толпу для прикрытия.
– Вверх? – спросила Рейчел.
– Нет.
Моей конечной целью было сесть в какой-нибудь из поездов. Но когда мы уже добежали до турникетов, ведущих к платформам, женский голос из громкоговорителя вдруг объявил:
– Внимание! Внимание! Движение всех поездов временно остановлено по техническим причинам. Пожалуйста, сохраняйте спокойствие и оставайтесь на платформах. Как только появится новая информация, вы будете оповещены. Спасибо.
Казалось, мои надпочечники выплеснули мне в кровь целую кварту адреналина.
Дикторша повторила сообщение по-испански.
– Обратно к лестнице, – приказал я, круто поворачиваясь.
– Вверх или вниз?
– Вверх!
Мы побежали, перескакивая через ступеньки. На той лестничной площадке, откуда был виден весь первый этаж торгового центра, я остановился и осторожно перегнулся через перила. Полицейский, опознавший меня, до сих пор метался по залу, пытаясь угадать, куда мы подевались. Пока я за ним наблюдал, он окончательно решил в пользу лестницы и двинулся в ее сторону.
– Почему остановились поезда? – спросила Рейчел.
– Нас ловят.
– Они парализуют железнодорожное движение только для того, чтобы нас поймать? – недоверчиво ахнула Рейчел.
Опять включился громкоговоритель:
– Внимание, пожалуйста. Полиция просит всех пассажиров и покупателей спокойно и медленно двигаться к выходам. Мы приносим извинения за причиненное неудобство. Не существует никакой опасности для вашей жизни или вашего имущества. Вы можете не торопясь оплатить ваши покупки, но затем направляйтесь прямо к выходу, нигде не задерживаясь. Спасибо.
Было заметно, с каким трудом Рейчел держит себя в руках.
– Выходить мы не будем, да? – спросила она.
Я опять взглянул вниз через перила. Полицейский стоял уже на лестнице и решал, подниматься ему или спускаться.
– Единственный способ затеять эвакуацию в таком масштабе – имитировать антитеррористическую операцию. А значит, вокруг здания уже по меньшей мере сотня полицейских.
Нам пришлось прижаться к стене: поток взволнованных людей, спускающихся по лестнице, увеличивался с каждым мгновением. Одни мы стояли, тем привлекая к себе нездоровое внимание.
– Я вижу два варианта, – сказал я Рейчел. – Первый: изменить нашу внешность и попытаться выйти с толпой.
– Как же нам изменить внешность?
– Ну… Купим себе все черное, добудем ножницы, обрежем волосы, вздыбим их лаком… Они ищут профессоров. А мы превратимся в немного престарелых металлистов или панков.
Рейчел скептически покачала головой.
– А как мы будем выкручиваться в аэропорту? На паспортных фотографиях мы вполне приличные люди.
– И то верно… Значит, попробуем более простой вариант. Проберемся куда-нибудь на склад и затаимся за коробками. Переждем. Ведь они не будут искать бесконечно.
– Чем проще, тем надежнее, – сказала Рейчел.
Но я тут же сам себе возразил:
– Полиция может задействовать собак.
– О Боже! Нам еще и от собак придется бегать!
– Пошли! – вдруг решительно приказал я.
У меня появилась идея.
Расталкивая людей, я побежал вниз по лестнице, шаря глазами по толпе, чтобы не столкнуться ненароком нос к носу с полицейскими. Рейчел бежала за мной. Заходя в здание, я видел рекламу кинотеатра и теперь исходил из предположения, что он где-то в подвальном этаже торгового центра. И действительно, спустившись на эскалаторе, мы увидели в большом холле многолюдное кафе, а за ним вход в кинотеатр. Сидящие за столиками посетители торопливо заканчивали еду и двигались к выходу. Из кинотеатра тоже вываливала толпа.
– Куда мы идем? – спросила Рейчел.
– В кинозал.
– Они же его эвакуируют!
Я ничего не ответил. Надо было торопиться. Пробившись через толпу выходящих, мы оказались в уже почти пустом темном кинотеатре. Билетер вежливо, но настойчиво выгонял последних зрителей. На экране трехметровый Хью Грант, руки в брюки, прогуливался по лондонской улице. Мы с Рейчел нырнули за тяжелый занавес, закрывавший запертый запасный выход. Чуть отдышавшись, я с удивлением обнаружил, что мы держимся за руки. Как испуганные дети. Или неандертальцы, которые убежали в пещеру от саблезубого тигра и теперь друг друга успокаивают.
– Почему в кино? – шепотом спросила Рейчел. – Почему не в заднем помещении какого-нибудь магазина?
Мысленно я представил, как полицейские осматривают наш украденный пикап. Найти его при такой массированной облаве не составит труда.
– Собаки! – также шепотом ответила Рейчел самой себе. – Несколько минут назад здесь было множество потных людей. Хаос человеческих запахов. Не то что в чулане магазина.
– Умница.
Музыка в зале прекратилась. Очевидно, проектор наконец отключили. Я ожидал услышать голоса полицейских, однако в зале царила мертвая тишина. Прошло пятнадцать минут. Еще пять. Стоять и ничего не делать было нестерпимо. Страх не давал скучать, но все равно было противно. Рейчел мяла в своей ладони мою потную ладонь. Я высвободил руку, чтобы вытереть ее о брюки, а заодно и стереть пот со лба. И тут в зале раздался громкий мужской голос:
– Я в кинотеатре, начинаю работу!
Рейчел вцепилась в мою сорочку.
Полицейская радиоболтовня отзывалась эхом в пустом зале.
– О'кей, – раздался голос из уоки-токи, – только не забудь заглянуть под стулья.
Была надежда, что полицейский поленится проверить большой зал с множеством запасных выходов. О его небрежности говорил уже тот факт, что он не заставил механика зажечь свет в зале и ходил с фонариком. Однако я услышал короткий прерывистый сап, от которого у меня едва не остановилось сердце. Свет полицейскому не нужен потому, что с ним собака!.. Похоже, придется или сдаться, или вступить в перестрелку с городской полицией.