– Наверное. – Я уводила взгляд от его лица, глядя куда угодно: на его футболку, на крепкие руки, которые держали меня за плечи, на ноги и… нет, пожалуй, подниму глаза.
В душе какая-то неразбериха.
Даже не в плане веры парню, ему то я доверяю, а в том, что теперь наше мирное и спокойное течение жизни нарушено. И непонятно, на какой срок. Приехала Виола просто погостить и вернется или она решила обосноваться здесь и портить нашу жизнь напоминанием об их с Даном отношениях?
Данил порывисто обнял меня.
– Все хорошо, не думаю, что она надолго, – заглянул в мои глаза, и я на миг забыла, из-за чего сейчас нервно выстукивала ногой. Потянулся к губам, не разрывая зрительный контакт. Привычные бабочки волной поднялись со дна желудка и закружились.
– Данил, ты скоро? Все тебя ждут. – Дверь открылась, и оттуда выглянул Вал.
– Иду, – процедил мой парень, нехотя отрываясь.
Мы пошли в гостиную.
– Значит, так, в конце недели у вас еще одно выступление. Про это все помнят, надеюсь. – Глеб сидел на софе и с важным видом глядел в список, видимо, выслуживается перед внимательно наблюдающим инвестором.
«Посмотрите, какая я деловая колбаса, здесь все на мне держится».
Виола сидела на противоположном от Нины конце дивана, закинув ногу на ногу. Всем видом она выражала безразличие, пока не появился Дан. Обе сестры тут же поменяли положение, и взгляд стал более заинтересованным. Мне ли как девушке фронтмена не знать, как пытаются привлечь внимание парня.
Зато я заметила их родственное сходство. Стройные, утонченные, темноволосые. У обеих карие глаза, и… на этом их сходство заканчивалось. Видимо, это было все, что они вытянули генетикой из отца, остальное от матери… матерей? Безумная теория имеет место. Разные фамилии девушек. Одна здесь, выглядит и одевается довольно просто. Вторая живет (жила?) за границей и не вылезает из Дольче или Луи Витона, или что там еще носят богатенькие? Виолетта смотрела на Нину с пренебрежением, но в основном старалась не замечать.
Странно, что она вообще поехала за папочкой на этот праздник жизни… Ах, точно – увидеть Дана и понять, что у него все хорошо сложилось.
Наблюдая ее кривую усмешку, я села на свободное место на диване, рядом сел Данил. В итоге так получилось, что я оказалась между своим парнем и Мраком. Черт. Но не стоять же из-за этого болвана?
– Да, мы помним, Глеб, – вежливо ответил за всех Дан, сцепив пальцы.
Тем временем Виола нагло разглядывала его, не переставая кидать на меня оценивающий взгляд, будто не понимая, как Дан скатился с нее до меня. От ее цепких, темных глаз не утаились и вздохи Ниночки, которые не замечали только слепые до женских намеков парни, а вот мы-то как раз вместе с этой королевой красоты все понимали. Фу, не хочется думать, что у нас есть что-то общее, даже какое-то знание.
Так же она вдруг застыла, глядя на что-то между мной и Мраком. Я медленно опустила взгляд и… тоже застыла. Рука Мрака медленно ползла к моей ноге. Он, будто издеваясь, медленно придвигал ее ближе, а вот само лицо парня при этом было невозмутимо-нахальным. Впрочем, как и всегда.
Губы бывшей моего парня дрогнули в ухмылке, а я покраснела, затем побледнела, ну и напоследок вернулась в состояние помидора.
– Я отойду! – резко подорвалась, мешая разговору мужчин и понимая, что это совсем неприлично. Но, черт, я не могла бы там высидеть больше. Обстановка почти зудела от напряжения.
Не знаю, что там подумала эта Виола, но явно ничего хорошего. Да и если расскажет Дану, я оправдаюсь и скажу про флирт Мрака… и они поругаются, группа распадется, Данил уйдет в депрессию, ведь это было дело его жизни, и во всем будут виновата Я!
Так, мой парень просил не накручивать себя… но уже поздно!
– Эй…
Я вздрогнула от низкого шепота прямо над моим ухом. Так погрузилась в собственные мысли, стоя в репетиционной, куда я вылетела в приступе нервозности, что не услышала, как кто-то вошел сюда. Резко развернулась, готовая дать этому наглецу между ног, но…
– Поехали домой. – Дан стоял совсем близко от меня, нежно взяв ладошки и прижав к своей теплой груди. – Сегодня выдался не лучший день. Но это был первый и последний раз, инвестор больше не собирается приезжать на студию, а значит, никто не привезет «кота в мешке».