Постепенно стала успокаиваться, и роившиеся в голове мысли начали казаться бредом.
– А вы разве уже все?
– Дальше они разберутся без меня, а тебя домой нужно отвезти. Ко мне поедешь?
– Нет, – я поджала губы, – сегодня в общагу. Много домашки и… информации навалилось.
– Понимаю. – Он не совсем этого ответа ожидал, но я сейчас хочу побыть наедине с собой.
Виола, хоть и не училась со мной, все же связана с той частной школой, в которой мне не посчастливилось учиться с Даном. И она пробудила страшные воспоминания моей… слабости.
Я знаю, что изменилась за это время. Стала менее язвительной, сняв рядом с любимым человеком свой панцирь. Тот защищал меня, пока я переживала гибель родителей и пыталась освоиться в новом мире, а теперь меня защищает Дан. Но я надеюсь, что упорство и решительность все же остались при мне. И что, встретившись лицом к лицу с потенциальной угрозой нашему счастью (если, конечно, мы снова пересечемся), я… не растеряюсь и не дам слабину.
Он молча привез меня домой. Тоже задумчивый больше обычного. Возможно, встреча с ней и в нем пробудила какие-то болезненные воспоминания.
Мы ни с кем не попрощались, Дан потом отзвонился и сослался, что мне стало плохо. Разве что морально….
***
Несколько дней до выходных я была честно занята учебой. Что-то нас прямо сильно завалили в начале семестра. Но это не мешало нам с Данилом видеть на переменах или ходить в столовую с друзьями. Вот только после лекция я шла в общежитие, а он ехал в студию.
Перед новым выступлением парни прогоняли песни. И Данил очень сильно занят, но отвечать он почему-то стал редко…
Занят.
Музыкой ли?
Глава 17
Дан
Я отвез задумчивую Еву домой.
Да и сам был не в лучшем настроении. Надо было все же ей рассказать, но откуда я знал, что Виолетта припрется на студию? Что она вообще забыла здесь? Маникюрный салон не в этом здании, как и брендовые магазины со шмотками.
Еще и Нина… хорошая девчушка, работящая, практически не вылезает из студии, разгребая писанину, которую на нее взваливает Глеб. А тут оказывается, что и она дочь инвестора. Того и гляди, у меня начнется паранойя и я стану подозревать всех и каждого в родстве с Михаилом. Странно, что она не сказала об этом в первые дни пребывания здесь. Ее сестра бы кичилась на каждом шагу. А я хорошо знаю Виолу.
Всю ночь провалялся в каком-то нервяке, так и не решив, что со всем этим делать. И нужно ли?
По крайней мере, я надеялся, что вместе с Виолеттой уедут и проблемы, что она притащила с собой. Но как же я ошибался…
***
«Сегодня репетируем долго, солнц. Может, на выходных?» – отправил сообщение Еве, пока ехал в студию. Парни уже потихоньку подтягивались. Глеб загрузил нас перед выступлением так, что ни вздохнуть, ни выдохнуть. Еще и на фотосессию ехать скоро...
А Ева хотела побыть вдвоем, и я испытывал чувство вины из-за загруза.
«Хорошо» – и вышла из сети.
Это хорошо или не хорошо? Она правда поняла меня или в этих словах обида?
Сложно…
Как разгребусь, устрою нам романтику. Где-нибудь на крыше, чтобы она вспомнила наш первый поцелуй.
Бросил тачку под зданием и поднялся в наш музыкальный уголок. Может, если я быстрее порепетирую, то смогу пораньше вырваться? Открыл дверь и встал столбом.
– …Твоя мать и помешала счастью папочки. Довела их до развода. – На диване напротив Нины, изящно закинув ногу на ногу, сидела Виолетта. – Это ты виновата!
– Твой… наш отец не любил твою маму, Виол. – Губы Нины дрожали, но сама девушка упорно делала вид, что работает, разгребая бумаги на ресепшене, почти уткнувшись в них носом и скрыв свои глаза. – Они расстались, потому что терпеть друг друга не могли.
– Это неправда! – вспылила моя бывшая, не замечая присутствия в их перепалке третьего лица. – Если бы ты не родилась, он бы не испытал чувства долга и остался с нами.
Ниночка подняла на нее покрасневшие глаза и была готова разразиться долгой тирадой, но заметила в проеме меня.