– Переехать? Куда именно? – недоуменно склонил голову Джарет.
– В наш Мэнор.
– Что это? – раскрыла глаза Петуния. Лили улыбнулась.
– Наше Родовое Поместье.
– У нас будет поместье?! – ахнула Роза.
– Да. Сегодня гоблины предоставят мне данные о подходящих для стройки местах. Сейчас подбираются места, подходящие по критериям, так что, возможно, у нас будет выбор.
– Какие критерии? – с интересом подался вперед Джарет.
– Необходимо изолированное место, имеющее, в идеале, Источник магии или, хотя бы, не сильно далеко от него находящийся, такой, который удобно оборонять, подходящий именно нашему Роду… много чего. Очень надеюсь, что нам повезет… – вздохнула девочка, – очень. От этого будет зависеть наше выживание. Впрочем, мы отвлеклись.
– Учеба, – напомнила Роза.
– Спасибо, мама, – улыбнулась девочка. – Итак, я в обычную школу пойти не могу, это слишком… расточительно, а вот Петти учебу бросать нельзя. Нельзя, чтобы мы были оторваны от этого мира, слишком быстро он развивается, и слишком многое может предложить, поэтому выход есть. Даже несколько. Можно подать заявление в частное учебное заведение, для начала, однако, этот вариант не совсем подходит. Петти окажется одна, в свете будущих изменений – это попросту опасно. Второй вариант… Частное обучение. Я склоняюсь именно к нему. Петти…
Петуния вскинула головку, горящими глазами глядя на сестру.
– Тебе придется очень сильно потрудиться. К твоему одиннадцатилетию ты должна стать настоящей Леди. Тебе будет трудно, так как учить придется очень многое, очень. Со своей стороны, обещаю полное содействие и помощь. Кстати, вас это тоже касается, папа и мама.
– Почему?
– Вы должны будете стать аристократами, а не являться ими по названию, – голос девочки стал жестким, глаза посуровели. – Иначе, нас просто сожрут.
Северус внимательно слушал наставления учителя по этикету, принятому в магическом обществе. Сухонький старичок, видевший, наверное, еще Мерлина и Моргану лично, строгим размеренным голосом рассказывал мальчику, как именно следует вести себя Наследнику Рода в тех или иных ситуациях.
У его деда слова с делами не расходились. Сообщив своей алчной родне о назначении Наследников, лорд на этом не остановился. Кастору Принцу пришлось заплатить за свой поступок, так же, как и остальной родне.
Для начала, лорд провел ритуал Разделения Рода.
Такой ритуал проводили, когда Род становился очень многочисленным, и хотели отделить Старшую ветвь от Младшей, например, именно так Род Мракс отделился от Слизеринов, став полностью самостоятельным.
Родня выла и вопила, катаясь в ногах у Гектора, но Принц был неумолим. Теперь эта орда алчных прихлебателей будет вынуждена сама зарабатывать себе на жизнь, сама следить за состоянием магии и делами Рода, сама!
Естественно, новоявленных Принсев это не могло радовать. Состояние было практически промотано, мэнор требовал ремонта, все влияние сосредоточилось в цепких руках Гектора, который совершенно не хотел им делиться, да и всем остальным тоже.
Но этого жаждущему отмщения лорду показалось мало. Для того чтобы окончательно вытереть ноги об виновников угасания Рода Принц, он провел торжество, на которое пригласил практически все высшее общество, и вот там коварный мститель развернулся на полную…
Принц-мэнор сиял. Буквально. Впервые за многие годы старинное здание ярко сверкало огнями, как настоящими, так и магическими, всюду раздавались голоса, залы были наполнены гостями. Высшее общество удивлялось, но не слишком, что после многих лет лорд Принц решил прервать свое затворничество. Все-таки, маги являются долгожителями, а уж эксцентричных личностей среди них хватало.
Одетый в богатый камзол, расшитый золотом, сверкающий родовыми драгоценностями, Гектор цепким, хищным взглядом следил за фланирующими гостями, особенно пристально наблюдая за толпой теперь уже бедных родственников. Принсы делали хорошую мину при плохой игре, рассказывая, как они рады, да, очень рады, ну просто неимоверно рады, что отделились и стали независимым Родом!
Счастье так и прет изо всех щелей…
Гектор цинично хмыкнул и перевел потеплевший взгляд черных глаз на стоящую слева от него, на полшага сзади дочь. За прошедшее время Эйлин разительно изменилась, никакого сравнения с тем задохликом, которым она явилась в отчий дом. Женщина поправилась, тело вновь стало гладким, упругим, с великолепными формами. Кожа стала здоровой, чистой, волосы, собранные в высокую прическу, отливали черным шелком. Сбросив груз забот и высасывающих все соки проклятий, она помолодела на глазах, превратившись в эффектную, яркую женщину.