— Мы пришли, Дориан, — окликнул меня Теллан, коснувшись моего плеча. — Идем, сейчас тебе предстоит предстать пред очами нашего джеддака.
Я кивнул, ощутив невольную дрожь — такая торжественность звучала в его голосе.
Тронный зал был поистине творением искуснейших резчиков и зодчих. Удивительная красота его очертаний, совершенство форм и тончайшее кружево рукотворных узоров, покрывавших стены и колонны, балюстрады и потолок, всё это поражало до глубины души. Я не мог не любоваться этой красотой, хотя и был в окружении созданий, которые вполне могли мгновенно превратиться в моих врагов.
— Мой отец и повелитель, — произнес Теллан, склонившись перед троном, изысканным и одновременно простым, на котором сидел пожилой крылатый джентльмен с удивительно тонким усталым лицом. Длинные, совершенно белые волосы тонкими пушистыми прядями ниспадали по его плечам и груди. Светло-голубые глаза смотрели внимательно, в них светился глубокий ум. В его чертах, несомненно, прослеживалось определенное сходство с Телланом.
— Подойди, бескрылый, — велел он, чуть наклонившись вперед, — как твое имя?
— Дориан, — сказал я, наклонив голову в знак приветствия. Теллан положил руку мне на плечо.
— Мой джеддак, позволишь ли ты говорить своему сыну?
— Говори, Теллан, — кивнул старый владыка.
— Повелитель, тот, кому ты доверял столь слепо, предал тебя. Крылья его оказались окрашены, как и его черное сердце. Блид Серокрылый — шпион Зеркса и пособник Убийцы Барсума! Он бежал сегодня утром, когда мы с Тискуаном случайно услышали его разговор по коммуникационному устройству. Мы гнались за ним…
В нескольких словах, коротко и емко молодой воин обрисовал сложившуюся ситуацию, призвав организовать оборону города. Джеддак же немедленно отдал приказ мобилизовать всех, кто мог бы держать в руках оружие, а так же подготовить магнитные пушки — грозные орудия смерти, которые, как я знал, применялись на этом Барсуме для защиты некоторых северных держав.
Теллан едва стоял на ногах от волнения, видимо, испытывая желание присоединиться к остальным воинам, но джеддак знаком велел ему остаться. Остальные воины кроме одного, видимо, из личной гвардии короля, ушли, так что нас было в тронном зале четверо.
— Расскажи мне, кто этот бескрылый и почему он здесь, и где Тискуан, сын моего друга?
Я отступил и напрягся, понимая, что стою на краю гибели. Что сделает джеддак, узнав, кто виновен в гибели юноши? Теллан, тщательно подбирая слова, поведал старому владыке о событиях сегодняшнего утра, описав, как они гнались за предателем, и как я вмешался, сам того не зная, и послужил причиной гибели Тискуана. Затем, возвысив голос, он поведал, как я спас его от монстра, а потом довез на своем флаере до Иксатлана, чтобы предупредить горожан.
На лице джеддака сменялись самые противоречивые чувства. Когда Теллан описал мгновение гибели своего возлюбленного, глаза его увлажнились. И в них сверкнула молния, когда он поведал о том, как я одурачил монстра, утащив из-под носа у него добычу.
— По твоему рассказу могу я судить, что не было худого умысла у этого бескрылого, — наконец после раздумий произнес он. — Более того, поняв, что тебе грозит мерзкая смерть, он спас тебя. Предоставлю решение его участи тебе, сын мой, ибо юный Тискуан был твоим возлюбленным, и сердца ваши бились рядом с первого детского пуха. Если пожелаешь ты крови этого бескрылого, то не стану я прекословить тебе. Если же пожелаешь ты оставить его в живых, то мы дадим ему припасов и воды и отправим восвояси.
В этот миг я принял решение, и когда Теллан объявил, что дарит мне жизнь, я подошел к трону и преклонил колено перед крылатым джеддаком.
— Владыка, — обратился я к нему, — волей жестокой судьбы я стал причиной гибели несчастного юноши. И было бы подло и несправедливо уйти сейчас, воспользовавшись великодушием и благородным решением принца Теллана. Иксатлану угрожает опасность, грозная опасность, насколько я понял из рассказа принца. Что ж, мой меч — не худшее, что я могу предложить вам.
========== Глава 4: Битва. ==========
Крылатые иксатланцы были, несомненно, отважны, на галереи и башни вышли даже женщины и подростки, вооруженные мечами и радиевыми пистолетами. Однако по части стратегии и способов ведения боя они были, судя по всему, не особенно искушены.
— Вели женщинам и детям уйти на внутренние уровни, — сказал я джеддаку, руководившему обороной, — они лишь погибнут зазря. Но если ты поместишь боевые пушки, по периметру одна над другой на девяти ярусах, соединив так, чтобы можно было включить их одновременно, то создаваемое ими поле поможет укрыть Иксатлан магнитным куполом и защитить его от флаеров врага.
Старый джеддак удивленно взглянул на меня, затем вопросительно — на пожилого крылатого, который выглядел скорее как ученый, а не воин.
— Что скажешь, Хатальмек?
— Скажу, что наш гость весьма искушенный воитель, — задумчиво произнес ученый. — И что, возможно, Теллан привел нам хорошего союзника. Идея с пушками великолепна!
По приказу повелителя несколько могучих воинов переместили магнитные пушки и установили их на каждом ярусе, связав между собой проводниками, способными запустить все их одновременно. Эта идея позволила бы нам создать прочный щит вокруг города. Пушек было всего десять, и десятую я велел установить на самой высокой башне, над периметром магнитной защиты. На том же ярусе по моему указанию разместили несколько десятков воинов, вооруженных радиевыми пистолетами и жезлами-конденсаторами, стреляющими собранным из воздуха электричеством. Это грозное оружие было в ходу по всему этому Барсуму.
Сам я неотлучно находился подле Теллана, который умело руководил воинами и внимательно прислушивался к моим советам.
— Ты лучший из военачальников, которых я когда-либо встречал, — сказал он, когда мы оказались вдвоем возле водонасоса. — Не знаю, откуда ты взялся, но, быть может, Иксатлан уцелеет благодаря тебе.
Мы отошли к балюстраде. Солнце проделало уже большую часть своего пути. Тени удлинились.
— Теллан, ты здесь? — послышался голос со стороны, и мы увидели принца Кела, старшего сына джеддака. — И ты тоже, бескрылый убийца, — неприязненно взглянул он на меня. — Отец желает видеть вас обоих.
Кел был совершенно иным, чем его младший брат. В нем была резкость, жестокость и порывистость, которой не обладал мягкий и добросердечный Теллан. Узнав, что именно я был причиной гибели Тискуана, он решительно предупредил меня, что если мне удастся уцелеть в битве с войском Зеркса, мне предстоит сразиться с ним в смертельном поединке. Его ярость была столь неприкрыта, что Теллану пришлось напомнить, что месть — это прежде всего его прерогатива.
— Но ты не стал мстить, — ядовито ответил ему старший принц, — хотя был убит твой возлюбленный. Ты знаешь законы, брат, и я, как супруг Икстлачиуаль, имею право вызова. Более того, я обязан вызвать убийцу своего шурина, раз уж ты оставил жизнь его убийце.
— Иксатлан превыше сердечных привязанностей, — ответил ему на этот упрек Теллан, — кому, как не тебе, брат мой, знать, что принцы не властны над своими чувствами и сердцами, и обязаны думать прежде всего о своих подданных.
Мудрость и великодушие Теллана так сильно отличались от пылкости старшего принца, но я все же ощущал симпатию к Келу. Я понимал его ярость и жажду мести, они мне были ближе той горькой покорности судьбе, что проявлял принц Теллан.
Мы спустились на один из нижних ярусов, где нас ждали джеддак и его воины.