Женьке стало интересно, сможет ли он залезть так же, как они. Необязательно, в конце концов, быстро — просто залезть. Он был в прекрасной форме и знал это. У ребят на ногах были специальные резиновые калоши — всегдашняя обувь скалолазов, но он был в кедах, а это считалось почти то же самое. Для новичка, пожалуй, кеды даже удобнее. Казалось, ребята нисколько не уставали, да, видимо, так оно и было. Для них это упражнение было не сложнее ходьбы по городу. Так и не дождавшись, пока они догадаются отойти от скалы, Женька решил попробовать. Как только он приблизился, пацаны отошли в сторону, пропуская старшего. Это выглядело нормально, так было всегда и везде, не только в Красноярске, в любом городе мира. Он был старше, а они были пацаны, ни он их не знал, ни они его— просто ему давали возможность подняться, очевидно, собираясь продолжить, как только он уйдет.
Женька провел рукой по шероховатой поверхности скалы. Только что это казалось элементарным. Несколько секунд он потратил, ощупывая пальцами каменный выступ, держась за который они так легко и быстро подтягивались вверх. Пацаны стояли рядом и смотрели. Надо было что-то делать. Он оперся ногой и попробовал подтянуться. Он знал, заранее чувствовал, что у него не получится. Вблизи это казалось с совершенно невозможным. Эти парни легко и быстро скользили, перемещались по гладкой, отвесной скале. У него не было их техники. Техники движения. Попытавшись еще раз выбраться наверх просто силой— всего-то три с половиной метра, он с трудом оторвался от земли, вцепившись в скалу так, что побелели ногти, и тут же сорвался, поскольку цепляться, в общем-то, было не за что. Никаких шансов; все равно, что лезть на высокую, идеально пригнанную кирпичную стену. Ему бы и в голову не пришло, что здесь можно подняться, не наблюдай он только что разминку скалолазов. Так, опозорившись, Женька и отошел. Пацаны никак не отреагировали на его жалкую попытку. Как только он ушел от скалы, они возобновили свое безостановочное движение вверх и вниз. Как мухи на стене, подумал Женька. Теперь он смотрел на них с восхищением, даже с завистью. Движение уже не казалось простым. И отрабатывать его надо было именно здесь, на малой высоте, где можно было сорваться и не покалечиться.
Позже он увидел множество более эффектных и зрелищных вещей из серии «что умеют скалолазы»; еще позже он сам научился всему или почти всему, но первой была именно эта встреча. Тогда он не знал, как ставить руки, как фиксировать ладони на чистом трении, как правильно переносить вес, как страховаться, как скользить, как идти на упоре и на растяжках. Он не боялся упасть, он был правильно одет, силен и настроен на победу, но не смог одолеть трех метров самой обычной скалы.
Позже он понял, что разница между столбистом-скалолазом и человеком, с удовольствием гуляющим в горах, примерно такая же, как между пловцом-профессионалом и любителем поплескаться в ванной. Он полюбил эти дикие скалы в тайге, они стали частью его жизни. И Женька стал одним из «столбистов». Скалолазом. От альпинистов они отличались тем, что почти никогда не использовали специальное снаряжение.