С этими сладкими мыслями Иван заснул…
На улице Речной
Есть дом один такой…
– Вся наша жизнь – сплошной лабиринт.
– Нет, позвольте. Это еще не лабиринт. И где бродит этот самый Минотавр – тоже еще далеко не лабиринт.
Сменялся день, настала ночь…
Та сторона
«Что это?! Что это такое?! Как вообще такое могло случиться?!»
Иван сидел в кровати и пока мало чего соображал. Единственное, что он осознавал на данный момент, он проспал, начисто проспал свое свидание. За окном было уже темно, часы показывали половину десятого. Иван схватил телефон, там было только одно сообщение, от нее – Ваня, ты где?
«Черт! Черт! Ну чееерт! Как можно быть таким идиотом?! Кааак?!»
Он начал судорожно набирать сообщение Насте. Отправил. Начались мучительные моменты ожидания ответа. Его не поступало. Ваня ходил вокруг телефона и больше ничего не мог делать. Он схватил его и набрал ей. Абонент не доступен.
«Чееерт! Ну как же так?!»
Он понял, что телефон был единственной ниточкой, связывавшей их. Его все больше и больше начало охватывать отчаяние, он схватился за голову и погряз в горестных раздумьях. Внезапно он начал собираться, обулся и вышел, захлопнув за собой дверь, попутно набрав номер Данилы. Абонент не доступен.
«Да вы что, все сговорились?!»
В его сознание начал проникать страшный для него образ. Данила, склонивший Настю в объятиях и ласкающий губами ее шею. Он звонил в его дверь. Глухо. Ему казалось, что за дверью слышен какой-то шум, но это было с другой стороны, соседской двери. Иван стал тарабанить в дверь, потом набрал Даниле, затем Насте. Один и вторая были по-прежнему не доступны. В ярости он пошел прочь, постоянно про себя чертыхаясь. Иван решил ехать на место встречи. Просто так. Потому что, находясь дома, он попросту бы сошел с ума, и, где-то в глубине души надеясь, что Настя все еще там. Это было смешно, но он безумно хотел, чтобы это было правдой…
Он ехал, попутно названивая то одной, то другому. Статус звонков не менялся до самого его прибытия на место. Вот здесь они должны были встретиться. Довольно глухое и дремучее место. Этакий лесопарк с претензией называться лесом. Одинокая тропка вела вглубь. Иван пошел по ней, погрузившись в свои горестные мысли. Чувство тревоги и тоски не отпускало его. Ну, конечно, она бы не стала ждать его так долго, что за глупости. Было темно и уже довольно прохладно. Начинал подниматься ветер и накрапывать дождь.
«Этого еще только не хватало!»
Теперь просто идеально подчеркивалось его депрессивное состояние. Между тем, Иван уходил все глубже и глубже в темноту, не встретив ни одной души по дороге. Неужели бы они вот так гуляли здесь? Но днем, наверняка, это было совсем другое место. Внезапно его мысли прервал треск кустарников, доносящийся откуда-то справа. Животное? Он присмотрелся туда, откуда раздавался звук, и даже уловил какое-то движение. Иван сошел с тропы и направился на этот звук, который становился громче. Его посетило нехорошее предчувствие.
«Не ходи туда! Ни в коем случае не ходи туда! Как бы тебе ни хотелось! Слышишь?!»
Преодолев очередное препятствие из кустарников, Иван увидел источник издаваемых звуков. Его взору предстали два человека, которым он бесконечно трезвонил эти последние часы. Увиденная им картина ввела его в ступор. Данила, которого он еле узнал из-за оскаленной гримасы, тащил за волосы Анастасию, которая безуспешно пыталась сопротивляться. И все это только под издаваемый треск кустарников. Иван почувствовал, как земля поплыла у него под ногами. Ужасная картина перед его глазами начала расплываться, в глазах потемнело. Последнее, что он мог слышать, это треск веток, вновь удаляющийся от него…
Он стоял в каком-то поле. Смеркалось. Кругом было пустынно, только само бесконечное поле, соединяющееся с небом и какой-то дом вдали. В воздухе стоял еле уловимый гул, воспроизводимый непонятно откуда. Скорее всего оттуда…
Иван двинулся в сторону дома, который находился очень далеко и не становился ближе. Он все шел, шел и шел, а его мозг начал прокручивать в голове самые потаенные уголки его подсознания.