Лигия нуждалась в этой фразе целые полгода, а последние двое суток — особенно. Её копилка радостных моментов жизни пустовала столько месяцев, а сегодня пополнилась целых два раза за день, растянув трогательную улыбку надежды на её лице.
VII
На следующий день Натал отправился к Создателям, долго говорил с ними, а по возвращении объявил, что пришельцы покидают Землю через неделю и могут забрать с собою детей и подростков. Лигия надеялась, что они предложат лететь всем желающим, чтобы не отрывать детей от их семей и дать шанс даже тем, кто не мог создавать жизнь, но был в состоянии помочь сохранять её и способствовать её процветанию. Но Создатели остались верны себе: они не поменяли своего решения, и глухое недовольство, которое она испытывала к ним эти два дня, превратилось в сильнейшую неприязнь.
Та же толпа, которая накануне угрожала штурмовать больницу, отправилась к Создателям и попыталась взять на абордаж и корабль, но он оставался закрытым наглухо. Лишь ночью родственники несчастных жителей пришли к ним, чтобы попрощаться.
Как и ожидалось, практически никто не пожелал отправлять своих детей на корабль пришельцев. Не захотел расставаться со своими воспитанниками и директор Дома сирот. Но с Наталом было бесполезно спорить. Он приказал приготовить детей к отбытию. Директор был крайне недоволен, но не прекословил. Он знал, что сделает с ним глава Элизиума в случае неповиновения.
В тот день, когда Натал объявил о решении Создателей забрать с собою детей, Лигия пришла в палату к малышу Бенни, посадила его к себе на колени, положила его пухлую ручку на свою ладонь, сделала массаж его пальчиков, погладила его по спинке, плечам, обняла его и тихо расплакалась. Так же горько плакала она сегодня утром, обнимая Нану перед уходом в больницу.
Отец и Элиас каждый день упрашивали Лигию лететь, но она не намеревалась обсуждать с ними свои планы. Она любила папу и всё ещё любила мужа, но горечь предательства не давала ей покоя. Через несколько дней уговоров они сдались и перестали поднимать этот вопрос.
Однажды, когда у Лигии появилось полчаса отдыха, она пришла на изумрудный холм, чтобы вновь полюбоваться открывающимися просторами. Молодая женщина сидела, обняв колени и положив на них голову. Её щек коснулся тёплый свежий ветер, ласково, словно то была рука матери. Она не переставала думать о судьбе тех, кто собрался лететь, и о судьбе Наны и Бенни.
Несколько дней тому назад до Элизиума доковыляла и беременная Садая. Появление матери вызвало столько радости и восторга у девочки, что Лигия сразу почувствовала себя лишней, хотя целый год заменяла Нане мать и с трудом вырвала её из лап смерти. Девочка бегала от матери к тётке, разбрызгивая по дому свой безудержный восторг. Если раньше Лигия мечтала оставить Нану в Элизиуме, сейчас она понимала, что не имеет на это никакого права. Доктор Аим и Элиас помогут Садае вырастить детей.
Но как она должна была поступить с Бенни? Было ли у них и у него будущее в этом погибающем мире? Она любила мальчика и уже была близка к решению усыновить ребенка, когда узнала о намерении Создателей забрать с собой детей. Имела ли она право оставить Бенни здесь, в этом голодном Элизиуме, и лишить его шанса провести жизнь на другой планете? Но в то же время, она ничего не знала о новом мире. Она была вынуждена полагаться только на слова Создателей.
«Лигия…» — раздался шепот в её голове.
Молодая женщина очнулась от своих мыслей и обернулась. Позади стоял Шептун.
— Опять вы…— несколько растеряно проговорила она.
Шептун подплыл к ней и сел рядом. Подобием руки провёл он по густой траве, и солнечные блики, отразившись, окутали его руку ярким светом. Создатель сиял на солнце, переливаясь тысячами вспышек и цветов. И столько красоты было в этих бликах, что Лигия поняла: они создали жизнь прекрасной и полной — по своему образу и подобию.
«Вы, люди,— самое невероятное, что нам приходилось видеть,— ветер принёс его слова.— Вы полны и жизни, и света, и жажды уничтожения. Вы многогранны и противоречивы. Вы — одни из самых слабых существ, которые когда-либо жили во владениях нашей Праматери, но вы умеете приспосабливаться, исцелять, вы сильны духом. Вы сильны даже тогда, когда умирает тело. Вы уничтожили свою планету, вы сполна поплатились за это. Но вы должны — и обязаны! — жить!».
— Жить, чтобы уничтожить ещё одну планету? — тихо проговорила Лигия.— А потом ещё и ещё… Что за расточительство?