Лигия переоделась, умыла лицо холодной водой, зажгла свечу, поставила её на небольшой столик рядом с кроватью, мрачно поглядела на себя в зеркало. Ей ещё не было тридцати, но горе и заботы обесцветили лицо, выгнали свет огромных серых глаз и в некоторых местах посеребрили длинные тёмные волосы. Когда-то Лигия была красивой, и в те времена это имело значение.
Теперь на планете почти не осталось ни красоты, ни жизни, ни радости. С каждым годом на свет появлялось всё меньше здоровых детей. Среди мужчин и женщин с ужасающей скоростью распространялось бесплодие. Лишь из-за этого недуга выжившие ещё не умерли с голоду. На Земле скоро останутся лишь вечные горы с заснеженными вершинами и выжженные радиацией пустыни. Не останется ни истории, ни знаний, ни страха смерти, ибо не будет живых, которые могли бы знать и бояться. Улетят и загадочные корабли: даже эти существа не пожелают жить на мёртвой планете.
Лигия затушила свечу, поднялась и выглянула в окно. Многоцветье огней корабля издалека резким контрастом врезалось в гагатовое небо, заглушая свет звёзд.
Девушка легла в кровать и накрылась тонким одеялом. Она ненавидела эти корабли. Они забрали её мужа, отца, сестру, а теперь забирали единственное, что могло вселить надежду, — сияние звёзд на ночном небе.
II
Больница, в которой Лигия дарила надежду на спасение самым, казалось бы, безнадёжным больным, раньше принадлежала отцу. Он работал в ней с самого первого дня её открытия, через несколько недель после основания Элизиума. Доктор Аим спас множество людей от различных недугов и травм, но он не мог уберечь их от исчезновения. Как не смог уберечь и себя…
После него во главе больницы встала Лигия. Она успела окончить медицинский институт, да и отец многому научил её. Недостаток опыта не мешал молодой женщине успешно лечить и работать не покладая рук. Она из последних сил верила, что люди ещё могли выжить и возродить планету, которую сами же довели до комы. Она хотела верить. Ради Наны. И ради других детей, смех которых рассеивал мрачный туман погибающей планеты.
Процедура передачи тел умерших родственникам, несложная операция, утренний обход и несколько других дел были завершены. Адиль, одна из самых одаренных помощниц и учениц Лигии, заканчивала свой ежедневный отчет о выписанных из больницы пациентах, когда услышала скрип колёс, цокот копыт и фырканье лошади.
— Доктор Лигия! — в кабинет заглянула другая помощница, Ирма. — Господин Атрей приехал. Продукты привёз!
Врач кивнула, отпустила Адиль и вышла на крыльцо. Глава Элизиума, Натал Атрей, легко спрыгнул с телеги и широко улыбнулся Лигии. Натал был ещё достаточно молодым мужчиной тридцати восьми лет, темноволосым, высоким, крепким. Жители в целом были довольны своим выбором. Просто даже такому умному и дальновидному человеку, как Атрей, не всегда удавалось совладать с суровыми реалиями погибающего мира.
В Элизиуме оставалось несколько машин, но отсутствие бензина не позволяло куда-либо ездить, да и ездить было некуда. В поселении было пару работающих машин, но их держали на самый крайний случай.
— Как настроение, доктор? — весело воскликнул Натал, вместе с двумя крепкими помощниками начиная разгружать повозку. На нём была телесного цвета помятая льняная рубашка с тёмными пятнами от пота. Рукава он закатал до локтей, а несколько верхних пуговиц расстегнул. Атрей больше походил на пахаря, чем на главу целого поселения.
— Радуюсь, что на этой неделе мы не умрём с голоду,— ответила Лигия, с усталой улыбкой окидывая нагруженную продуктами телегу, и подошла к мужчине.— Ах если бы ты ещё достал нужные лекарства…
— Когда-нибудь обязательно привезу, доктор,— последовал ответ.
— Ты всё ещё веришь, что у нас когда-нибудь снова всего будет вдоволь? — усмехнулась женщина.
— У нас уже было всего вдоволь,— Натал помрачнел.— Пища, вода, медикаменты, чистый воздух, техника, другие блага цивилизации. Люди, наконец. Семь миллиардов людей. Всё просрали. Но не могу не верить: что-то нам все же удастся возродить. Хотя бы малую толику былого изобилия.