После завтрака они пошли в сад, который живописными террасами взбирался по склону горы позади дома и занимал два или три акра земли. Как и предполагала Кэрри — сад пребывал в сильном запустении. Огораживающие сад стены, густо покрытые плющом, местами обвалились. Ступеньки и дорожки поросли травой, а некоторые из них совсем исчезли под нашествием буйно разросшихся сорняков, вереска и куманики. Побеги молодых деревьев под причудливыми углами торчали из стенок насыпей террасе. Некоторые насыпи оказались настолько разрушенными, что террасы съезжали одна на другую, обнажая беспорядочные груды кирпича и каменистой почвы. Однако то здесь, то там им попадались узнаваемые клочки некогда ухоженного сада: аллея, когда-то засаженная великолепными розами, а ныне поросшая мелкими выродившимися кустами; посаженная полукругом живая изгородь с каменной скамьей посередине площадки, откуда открывался чудесный вид на долину; необычный кустарник или декоративные деревья, которые так любила бабушка. Их лучшие времена прошли, но большинство деревьев еще стояли — высокие и красивые, со свежими набухшими почками.
— Здесь есть место, — Кэрри остановилась, глядя вверх на склон из-под ладони, — которое мне особенно хотелось бы увидеть. У меня дома есть картина с этим пейзажем. Беседка у фонтана. В детстве мы часто там играли. Ты не помнишь, где она?
Лео покачал головой.
— Я почти не выходил в сад.
— Я думаю, — она прикусила губу, припоминая, — пожалуй, я даже уверена — оно где-то там, — она указала вверх. — Рядом еще росло большое дерево — кажется, акация. Вон там, видишь? Правда, это оно? Пойдем, посмотрим.
— Ты хочешь добраться туда в своих сандалиях?
Она состроила гримаску, глядя на сандалии, уже перепачканные грязью.
— Они не очень подходят для нашей прогулки, да? Не обращай внимания. Давай лучше попробуем пробраться к фонтану.
Спотыкаясь и скользя, они карабкались вверх по крутой насыпи, пока не оказались на маленькой узкой террасе, с которой устремлялись вверх каменные ступени, исчезавшие в густом кустарнике.
— Я уверена — это то самое место. — Кэрри взволнованно пробиралась сквозь густые заросли, уворачиваясь от хлеставших по лицу веток.
— Осторожно. Давай я пойду впереди.
— Все в порядке. Ты сам будь осторожнее. Эта ступенька очень скользкая. О, Лео, посмотри! Вот оно! Я же говорила, что это место здесь.
Они выбрались на вымощенную гладкими камнями площадку шириной в несколько квадратных ярдов, ограниченную с одной стороны отвесной скалой, по которой мелкими ручейками сбегала вода. Ее поверхность поросла лишайником, папоротником и крошечными дикими цветами. С трех других сторон площадку окаймлял кустарник, сквозь который они только что продирались. Над ними раскинулась изящная акация, протянув свои ветви к залитому солнцем небу.
— Фонтан, — тихо произнесла Кэрри. — О, Лео, ты должен его помнить.
Вода в бассейне была темной и застоявшейся. Грациозная нимфа, из рук которой когда-то лилась прозрачная чистая вода, стояла покрытая пылью и лишайниками, но в глазах Кэрри по-прежнему прекрасная. Мраморные дельфины все также резвились у ее ног, несмотря на слой ила и тины, затвердевший на них зеленоватой коркой.
— О, взгляни сюда! — Кэрри подбежала к маленькой статуе, которая стояла у самой скалы: обнаженный мальчик с кувшином в руках, из которого и по сей день стекала в загрязненный водоем ключевая вода. — Когда-то мы звали его Джорджем. Только не знаю почему.
Лео улыбнулся, припоминая.
— Летом здесь всегда было прохладно. — Кэрри пристроилась на камне, обхватив колени руками. — Ты помнишь? Мы проводили здесь так много времени, — ее темные глаза неожиданно стали задумчивыми.
Лео молча полез в карман за портсигаром.
— А может быть, и нет, — Кэрри тряхнула головой. — Возможно, мне это только кажется. На картине, что висит у меня дома, изображен этот самый пейзаж.
Она запрокинула голову, чтобы взглянуть на Лео. Рассеянный солнечный свет, пробивающийся сквозь густую листву акации, смягчил резкие черты его лица и позолотил светлые прямые волосы, которые постоянно падали ему на лоб. На какое-то мгновение она пришла в замешательство — перед ней возник мальчик из детства, которого она так хорошо помнила. Но стоило ему повернуться, чтобы взглянуть на фонтан, слегка постукивая сигаретой по портсигару, как наваждение исчезло.
— Я так часто любовалась им! Мечтала снова увидеть! Может быть, причина в этом?
— Извини, но я не помню это место так хорошо, как, видимо, помнишь ты. Честно говоря, я даже не уверен, что когда-либо вспоминал о нем. — Он наклонился к ней. В тишине сада пела птица и мелодично журчала вода среди замшелых, укрытых папоротником камней.