Он взял пиджак, набросил его на плечи и смахнул упавшие на глаза волосы.
— Не забудь. Если я понадоблюсь, найдешь меня в баре. Там внизу, у самой дороги. Не бойся. Здесь ты в полной безопасности.
— Я не боюсь. — Она удивилась, поняв, что это действительно правда.
Она окликнула его, когда он был уже у двери, только для того, чтобы еще раз увидеть, как он оборачивается, только для того, чтобы еще раз ощутить на себе взгляд его ясных голубых глаз. И спросила напоследок.
— Ты еще не выбрал себе подарок на память?
— Завтра, — коротко ответил он. — Завтра.
Она долго стояла, облокотившись о стол и глядя на дверь, которая тихо закрылась за ним. Затем быстро повернулась, взглянула на грязные тарелки, потом на дневник.
И без колебаний уселась читать.
Глава четвертая
— Я все время думаю, — сказала Кэрри на следующее утро за завтраком, — о пропавшем дневнике. Именно в том, 1867 году, умер Леонард. Интересно, не связана ли пропажа дневника с этим событием?
— Со смертью Леонарда? — Лео бросил на нее быстрый вопросительный взгляд. — Каким образом?
«Выглядит усталым», — подумала Кэрри. И без того худощавое лицо его еще больше осунулось, под глазами залегли глубокие тени, словно от бессонной ночи.
— Тебе это не показалось странным?
Он покачал головой.
— Странным? Нет, не думаю. Ты искала его?
Кэрри прожевала хлеб с сыром.
— Пробовала. Сегодня утром, перед тем, как ты пришел, я целый час копалась на полках в гостиной. Но там ничего похожего нет.
— Возможно, он в другой комнате? Здесь по всему дому книги.
— Может быть… Может быть, он еще найдется. Во всяком случае, я надеюсь на это. Она облокотилась на стол и заправила прядки волос за уши. — Ты должен прочитать их, Лео. Они увлекают лучше любого романа.
Она замолчала в нерешительности.
— Я понимаю, что это мои фантазии, но когда читаешь их, кажется, будто бабушка Беатрис разговаривает с тобой. Ей тогда было всего восемнадцать. И ее переполняет жажда жизни и счастья. Она нежно любит, просто обожает Леонарда, и этим чувством проникнута каждая строчка, каждый рисунок. Она и сама нежно любима и обласкана Мерайей. Должно быть, это было чудесное время в ее жизни. Именно тогда она так полюбила этот дом. Поэтому-то в конце концов и переехала сюда жить.
Кэрри поднялась из-за стола и в волнении заходила по комнате, сложив руки на груди. Она остановилась у окна, глядя на горы. Утренний туман постепенно спускался в долину, окутывая леса и крыши домов прозрачной дымкой. Белые барашки облаков медленно плыли по бескрайнему голубому небу. Ослепительно сияло солнце.
— Я и сама боюсь в него влюбиться, — словно самой себе тихо прошептала Кэрри.
Она услышала шаги позади себя, почувствовала, как он подошел и встал рядом, но не обернулась. Его молчаливое сочувствие было красноречивее любых слов.
— Здесь могут быть драконы, — помолчав, сказала Кэрри.
— Что?
Она улыбнулась.
— Здесь могут быть драконы. Так, бывало, писали на картах, давным-давно. Представь себе таинственные, полные опасности далекие земли. Места, овеянные волшебством. Здесь могут быть драконы. — Она показала рукой туда, где маленькое облачко зацепилось за высокую скалу. — Тебе не кажется, что там, в горах, тоже могут быть драконы?
— Да, — ответил он. — Очень может быть.
Она обернулась. Он стоял совсем близко, так близко, что их лица почти соприкасались. Неожиданно она почувствовала, как сильно стучит ее сердце — ровно и сильно, точно барабанный бой, — и испугалась, что Лео может услышать. Сейчас, когда он смотрел на нее, его голубые глаза стали необычайно яркими, точно залитые солнцем небеса.
— Хотелось бы, — сдавленным голосом прошептала она, — чтобы там водились какие-нибудь существа, например, летающие драконы.
Он медленно, не сводя с нее глаз, улыбнулся.
— Знаешь, ты совсем не изменилась за все эти годы. Ничуть.
Кэрри опомнилась первой. Она отодвинулась от него и стыдливо посмотрела на свои руки.
— Ты хочешь сказать, что я как была мечтательницей, так ею и осталась?
Он протянул руку и легонько, как в детстве, дернул ее за волосы.
— Можно сказать и так.
Она подняла голову и быстро заговорила.
— Лео, пожалуйста, поедем со мной в Лукку завтра?
Ты можешь не ходить к адвокату, если не хочешь, но я буду рада, если ты составишь мне компанию.
Он колебался всего секунду. Потом улыбнулся, и серьезного выражения лида как ни бывало.
— Хорошо. Желание дамы для меня закон, — шутливо заявил он.