Я бы мог рассуждать о еде ещё несколько десятков часов, но, во-первых, зачем оно мне надо? А во-вторых, это всего сегодня было маловато, из-за чего я съел всё вмиг и пошёл обратно на тот самый утёс. А что же мне ещё оставалось делать, когда мне так скучно? Никита вот уже несколько дней сидит где-то с Мику, у Алисы постоянно какие-то поручения от Ольги Дмитриевны, Ульянка вообще стала постоянно бегать только на футбольном поле с октябрятами, а меня в команду не берёт, даже прерваться не хочет, у Риты постоянно спина болит, а говорить она не хочет, потому что практически всегда спит, Саня, Дима и Лёня чем-то своим занимаются, я их так и не видел с момента похода, даже Евдака не было нигде, чтобы просто врезать ему за всё хорошее.
Последние дни и правда проходят ужасно!
Летящие невесть куда птицы завлекли моё внимание, они скрывались из виду каждый раз столь быстро, что уже можно было проводить аналогию с жизнью, казалось бы, в нашей стране в среднем помирают в шестьдесят пять лет! Это же столько времени! Это ведь 23 741 день! А ты только проснулся и можно сказать один из дней уже позади, встал с кровати — два дня, умылся — три дня, а только вышел из дома по делам — уже глубокий старец и пора умирать. Не успеешь оглянуться — в могилу пора будет прыгать, а ведь сейчас в нашем мире мне только двенадцать, самый, можно сказать, рассвет жизни! Думаю, вернусь, да с Мухой так крепко хватанусь за учёбу, что может смогу её окончить раньше времени, а потом и институт, а потом как устроюсь на работу мечты (с которой я ещё не определился) и буду сидеть себе дома, радоваться жизни, лично для меня — это предел мечтаний.
Последние дни этого бесконечного лета такие грустные, в игре они сильно не выделялись среди остальных, разве что самый последний, но тут, никто ведь даже не предупредил, что будет так уныло.
Но, так или иначе, этот месяц был превосходным, успело произойти столько, сколько не было за всю мою чертову жизнь, а ведь надо было только разочек очутиться за гранью своего комфорта, да и не то, что комфорта, мне удалось выбраться за пределы нормального и ненормального, переместившись в этот мир.
Всё же тут двоякая ситуация: с одной стороны — то, что мы попали в «Совёнок» — невообразимо и просто неописуемо словами, а с другой стороны, что, если теория Никиты о том, что сюда попадают только забившие на себя люди, ведь отчасти даже как-то есть желание снова забыть обо всём, ни заниматься собой, ни учиться, вообще ничего, лишь бы просто ещё хоть на миг вернуться сюда, это напоминает наркотики и торчка, который сделает всё, просто чтобы получить ещё одну дозу.
Просто гоняя пыль по главной тропинке, ведущей к воротам, у меня в голове стали всплывать воспоминания обо всех похождениях в «Совёнке», помню свой первый забег против Ульяны по всему лагерю:
«— Ладно, все на стартовую линию, насчёт три — бежим! — на тропинке палкой Ульяна обозначила маленькую засечку, это и было стартом.
Рядом встала маленькая девочка, отсчитывающая время до старта.
— Раз! Два! — я встал в позицию нижнего старта. Всё моё тело было готово к гонке. Лишь бы не проиграть Ульяне, это самое главное. — Три! Побежали! — Крикнула девочка и замахала палкой в воздухе, будто в руках не палочка, а флаг.
Мы побежали. Малыши сразу отстали от нас, мы с Ульяной шли нога в ногу.
~ Победа за мной! Да! Это точно! ~
Ульяна потихоньку стала уставать уже на полпути к музыкальному клубу. По пути я увидел Муху, он точно не понимал почему мы бежим, от кого или куда, но он точно мне предъявит это на пляже.
Ульяна стала вырываться вперёд.
~ Боже, она хоть когда-нибудь устанет? ~
Это было время бежать сверх своих возможностей, все силы были вложены в ноги и теперь превосходство стал держать я. Ульяна пыталась не отставать и, пускай, с трудом, но у неё получалось.
Всё, пора поворачивать к лодочной станции. Напоследок перед поворотом я обернулся: Ульяна уже сильно запыхалась и еле двигала ногами.
~В игре она была повыносливее~
Она, видимо, настолько устала, что даже не повернула перед воротами и впечаталась лицом прямо в полу ржавые, нагретые на солнце ворота, но даже на это она не сильно отреагировала, лишь упала на спину и стала тяжело дышать.»
Непроизвольно я даже проронил слезу, понимая, что возможно эти моменты больше никогда не повторятся, потому что в реальной жизни не все смогут понять мои эмоции и желания. Да и кто же согласится вообще на подобную гонку, безумцем только сочтут!
Виды пляжа навеяли на меня очередные воспоминания:
«
— Пошли поплаваем, — даже ответить я не успел, как Ульяна схватила меня за руку и потащила в воду. Отступать не хотелось, иначе, что же обо мне она подумает? Не успел я одуматься, когда уже у буйков оказался, неужели это Улька меня до сюда довела? Нет, она сидела у берега, неужели сам доплыл? Да ну! Бред! Я же не умею плавать, да и не умел никогда. Это не вызвало беспокойства или чего-то похожего, я наоборот обрадовался.
— Плыви сюда, — Ульяна немного помялась и всё же доплыла до меня. Хм, интересно, вот если я умею плавать, то почему я не мог плавать тогда, когда Муха прикалывался? А какая разница?
— Д-давай теперь обратно? — она еле держалась наплаву. Я подхватил её за плечи и удержал на одном месте.»
А Ульянка-то всё же очень замечательная девушка. Встретиться бы с ней и в реальной жизни, думаю мы могли бы подружиться, на любовь не рассчитываю, конечно, но если повезёт, то будет очень даже хорошо.
Даже прогуливаясь перед сценой, мне в голову пришли воспоминания практически с самого начала, до сих пор мне помнятся эти все события и по-прежнему я не могу свыкнуться с мыслями, что уже завтра придётся расстаться со всем этим.
…
31 день в лагере. Конец смены. Пора домой.
С самого утра день не задался, а всё из-за этой чёртовой головной боли, после чего я ещё мизинцем со всей дури врезался в кровать, мне даже думалось, что меня прокляли, но это лишь мои бредни.
По дороге на завтрак случилось пару инцидентов: двое пионеров из-за чего-то повздорили и начали свою драку, но разве мне что-то дадут за то, что я разниму их? Неа, потому и прошёл просто мимо, да и тем более, настроение и без того было не ахти, а тут ещё разбираться кто виноват, такая морока. Также меня чуть не прибило невесть откуда взявшимся мячом. Как оказалось, Ульяна наотрез отказывалась идти есть, потому решила со своей подружкой, октябрёнком, поиграть в волейбол посреди дороги.
Подходя к столовой, я наверняка знал — ничего не сможет сделать день хорошим, разве что внезапно появившаяся сумка с миллиардом долларов, но это просто мои фантазии.
Риты с утра уже не было в столовой, кажется она вчера что-то говорила мне о том, что готовить на последний день не собирается и будет всё свободное время отлёживаться в домике.
С самого входа чувствовался знакомый запах. Когда я в своём мире хотел легонько и по-быстрому перекусить — всегда готовил их! Мои любимые бутерброды! Всё же отчасти Рита врала, переборов лень она в конце концов сделала хоть что-то нам, вот молодчинка! Настроение от этого чутка повысилось.
Захватив с собой одно творение богов (бутерброд), я выдвинулся на площадь. Как говорила пионервожатая мне, когда увидела меня, что совсем скоро будет объявление всему пионерлагерю, пока никого, конечно, не было, но ничего, побуду немного Хатико. Спустя примерно получаса с начала моего ожидания, Ольга Дмитриевна наконец пришла, приведя с собой парочку пионеров, которых по-видимому увидела по дороге. Вскоре заработал горн, но только вот звал он не есть, а на площадь. Потихоньку все стали подходить и средь толпы, где-то в глубине души, я надеялся увидеть Никиту, но он так и не появился.