За такими высокими мыслями о силосе и его роли в жизни скотоводов серьёзная девчонка, метившая, видимо, не меньше, чем в председатели колхоза, добралась до начала «своего» корча. Завал начинался от поля и постепенно переходил в густой лес. Девочка собрала малину, которая росла понизу, и начала карабкаться вверх, чтобы потом пробраться вглубь.
Это было непросто: внутри корча был свой отдельный, малопроходимый мир. Где-то нужно было пробираться почти по стенкам вдоль ям и осыпей, где-то осторожно, рискуя провалиться в тартарары (Кстати, что это? Надо бы в книжках выяснить.), невесомо ступать по замшелым и иструшившимся брёвнам, когда-то дававшим надёжную опору под ногами, а теперь превратившимся в гнилушки. И повсюду вездесущая крапива норовила добавить своё слово, обжигая порой не только попавшие к ней в доступ открытые места Наташки, но даже «жваря» девочку сквозь «лесовую» одежду. Нещадны были и сами малиновые кусты, царапая кожу.
Но вознаграждение ждало её такое, что все неприятности вылетели из головы разом! Она забралась в то место, где малиновые кусты склонялись прямо к ней, даря свои недюжинные богатства щедро и безоглядно!
Ах, какая это была малина! Здесь собрались вместе все степени её летней спелости! Алые ягоды в самом соку, и каждая сияет изнутри светом и силой летнего солнца! Малиновые красавицы, которые дозрели уже до момента, когда тронь – и потечёт сок. Тёмно и светло-розовые крепышки, которым, может, и стоило бы дать доспеть – но съешь такую – и она ничем не уступит по вкусу самой спелой! И совсем недоросточки-зелепушки висели тут же, обещая, что ещё не всё – нет! Не всё закончилось лето, и малина ещё вырастет и дозреет, и других людей или лесных жителей порадует своим солнечным торжеством и вкусом.
Вы скажете, наверное, что уж чересчур Наташка восхищается малиной? Но ведь и это было ещё не всё! С некоторых кустов в темноту ямы, где стояла девочка, светясь, свисали уж совсем невиданные ягоды. В полтора раза крупнее, чем их спелые сестрички. А цвета оказались такого заповедного, что и названия ему нельзя было отыскать! Тёмные, очень тёмные красные драгоценные камни как бы припорошило искристым инеем… Натка съела одну на пробу, думая, что эта малинка может быть и испорченной. Во рту разлился вкус… Впрочем, вкус оказался так же сложно описуем, как и их окраска. Наверное, райский? Наташка не знала, что такое рай, но прилагательное как-то само собой именно к этому вкусу и аромату само… прилагалось! Сорвала несколько широких листов крапивы и перестелила в бидоне всё, что собрала до этого момента. Нужно отделить невиданную прежде находку и донести домашним попробовать такое чудо.
Ещё несколько малинок с этого куста она положила себе в рот, чтобы запомнить вкус навсегда. Обычно она при сборе ягоды почти не ела. Иначе прибавляются очень медленно. Но тут подумала, что эти просто огромные и смогут быстро заполнить её бидончик доверху. В нём места-то всего литров на пять…
И вдруг её мысли пошли совсем в другую сторону. Для них это было вполне нормально: шагать, шагать, а потом узреть что-то новое и направиться туда. Мысли были интересные: Наташка вспомнила про медведей.
Возможно, зоркие глазки и умная головка просто обработали информацию, попавшую на глаза, но не привлёкшую прямого внимания. Эта информация выглядела так: несколько кустиков малины, которые попались ей по пути внутрь корча, были испачканы давленой ягодой. Возможно, по ночам сюда приходил лакомиться медведь, ободрал бока корягами и ушёл, оставив кучу нетронутой вкуснятины.
Наташка не боялась ходить в лес одна. А корчи вообще находились в поле. А этот конкретный, конечно, был присоединён к лесу… И был довольно далеко от дорог. Но вокруг расстилались возделанные человеком поля, и девочке было совсем не страшно. Почему и не подумать о мохнатых хозяевах «урмана»!!!