–Она не сказала, уже обед, да и попросила оформить патент.
–Ишь ты, они в столице все там чуть что изобретателями становятся. Ну и мода пошла, леди замуж не хотят, самостоятельности ищут, а эта замужняя и туда же. Ей-то зачем?
–Брось ворчать, сам же говорил, что брак, похоже фиктивный, вот она о будущем и заботится. И кстати, она не из столицы, она из другого королевства.
–Говоришь крепость ей показывал, а она откровенничала с тобой?
–Не будь деревенским сплетником, – огрызнулся Арлинд.
–Я не буду, а вот народ у нас при подсказке Куштим слухи понесёт. Не навреди ни себе, ни леди.
–Ладно, ты сегодня не в настроении, пойдём обедать.
За обедом лорд командующий поблагодарил герцогиню за заботу, чем заслужил ревнивый взгляд леди-хозяйки. Ей никто не доложил, когда герцогиня успела пообщаться с ним и за что он её благодарит.
С интересом на её светлость смотрели не только управляющие, но и торговцы. Леди Куштим уловила только непонятный жест финансиста, похожий на толчок в бок господину Арлинду и два слова, произнесённые ему про торговых представителей: «похоже пронюхали».
Что те пронюхали, про кого они уже в курсе, а она ничего не знает? Надо было проследить за приезжей, но нашлись свои дела, а Керидская оказалась прыткой персоной и бродила где угодно, только не на виду.
Обед леди-хозяйке пошёл не впрок и когда она услышала благодарность герцогини за вкусную еду, то скривилась, подумав о издёвке. А Нина проголодалась и съела всё с удовольствием.
Не успела она выйти из-за стола, как её взяли в оборот управляющие и понеслось.
Они вместе сходили в молочный цех, где взбивают масло, варят творог, посмотрели какими приборами, кастрюлями обладают мастера. Нина рассказывала всё, что знала, почти всё. И про молочных телят, козлят, что их желудки самые нежные и они лучше всего подходят для изготовления того самого секретного ингредиента. (прим.авт. речь идёт о сычужном ферменте) Рассказывала, как промытые желудки смешивать с солью, как сушить до состояния пергамента или не сушить, но тогда другая годность у полученного фермента будет. Поясняла, что делать можно по-разному и вкус сыра будет меняться от любой мелочи.
К вечеру она уже сидела в кабинете второго управляющего, Илли Лиридона, и торговалась о процентах. Пришлось показать договор, где было прописано о личных доходах на которые не может претендовать герцог. Управляющие уткнулись в него и долго читали.
–Миледи, в каком банке вам составляли столь мелочный контракт? – не выдержал финансист.
–Почему это мелочный? – обиделась герцогиня.
–Только они занимаются учётом всех обстоятельств. У вас даже прописано, что в случае задержки выплаты вам ежемесячного дохода, то на седьмой день вы вправе потребовать разрыва брака и храм должен вам предоставить жрицу. Впервые вижу подобное!
–М-да, – с неописуемым выражением лица посмотрел господин Арлинд на леди.
–А как вы думали!? – вскинулась она, – не могу же я вечно здесь сидеть, а Его величество не слишком щедр! Как только у него жадность взыграет, так сразу будет знать, что я отсюда тю-тю, – и помахала ручкой.
–Эх, миледи, нашему герцогу ещё никто ручкой не махал, – с усмешкой произнёс финансист, – но это, конечно, ваше право. Так кто вам договор составлял?
–Я сама, – и глазки опустила, весьма довольная ошарашенным видом управляющих.
Тишина была наградой, но вот следующие слова встревожили.
–Наша Куштим не переживёт, если узнает о договоре! С одной стороны, здесь четко указано, что она под дланью нашей миледи, с другой стороны ваша светлость всё предусматривает, чтобы здесь не задержаться, а этого наша леди-хозяйка никак понять не сможет.
–Господа, у меня есть разрешение показывать этот договор в особых случаях, хотя вы же понимаете, что это всё же секрет.
–Естественно миледи, у нас многие догадываются, что брак фиктивный, но это только домыслы.
–Быть может стоит сделать исключение и посвятить в тонкости леди Куштим? – решила посоветоваться Нина, – Она видимо влюблена в герцога и ревнует. Мне бы не хотелось, чтобы на этом основании она мне пакостила.
Мужчины задумались. Родственница герцога уже начала вести беседы, где выставляла Керидскую в смешном или откровенно недоброжелательном виде, но собеседников в герцогстве немного и слишком очевидна её обида, чтобы относится со вниманием к едким замечаниями.
–Нет миледи, не стоит говорить о договоре леди-хозяйке, она может рассказать своей помощнице, та ещё кому-то и не заметите, как до демонов слухи дойдут. Одно дело, что они могут о чём-то догадываться, другое наличие договора.