Мелькнула подлая мысль, что стоило бы близкому кругу короля снизить количество близкородственных связей. Но вот он улыбнулся и стал необычайно обаятельным, а землянка испытала чувство стыда. Нине очень повезло, что её обычную, приятную внешность, здесь восприняли, редкой красотой, а она позволяет себе критиковать мужчину за выдуманные внешние недостатки. Вон как женщины пищат при виде него!
Его светлость по приезду прошёл в свои покои и больше не выходил. Даже еду приказал подать к себе. Его желание уединиться было понятно, отдохнуть от дороги, от множества лиц, окружавших его беспрестанно.
На утро он вышел к завтраку и занял место во главе стола. Нина спокойно ела рядом, управляющие поприветствовали его, и дальше, без лишних слов, покончили с трапезой. За обедом произошло почти тоже самое, только вообще, все сидели молча и ели.
Нина не понимала, когда ей скажут о том, что она больше не леди Керидская, но сама не лезла выяснять. Господин Арлинд выглядел чрезвычайно занятым и походя объяснил леди, что герцог нервничает, дожидаясь своего обоза с трофеями.
На ужин она решила не идти, слишком натянутая обстановка получалась, и отправила только Дара поесть. Тот вернулся и сказал, что его светлость тоже не ужинал. Нина чертыхнулась, что зря из-за него пропустила ужин и поспешила восполнить упущенное. Ей могли принести еду в покои, но потом слишком долго выветривался раздражающий запах еды.
Она спокойно шла, зная, что в столовой пусто и думала о том, что ей не сообразить, как вести себя с герцогом. Они (герцог и король) всё молчат и усложняют, она в отместку тоже молчаливо выжидает, получается, что все ведут себя обидчиво.
Приостановилась, показалось, что слышит женскую речь. Оглянулась, никого. Тогда Нина на цыпочках приблизилась к открытой двери в столовую и попробовала посмотреть в щель между косяком и дверью. Интересная картина предстала перед её глазами.
Госпожа Вибек, одетая в дорогой костюм, стоит неприлично близко перед Керидским на коленях. Он откинувшись на спинку мягкого стула, чуть прищурившись, снисходительно-пренебрежительно смотрит на неё, а она торопливо жалуется на кого-то. Нина перестала смотреть, подставила к щели ухо.
–...соблазнила обоих управляющих, заигрывала с лордом командующим, бесстыдно выставляла свои прелести напоказ. Мы тут все со стыда сгорали!
Нина поменяла положение и посмотрела на Вибек. Та почти касалась колен мужчины и понижала голос, чуть растягивая слова. А Нина хмурилась и не могла понять, кто так досадил Вибек, что та столь яро распинается.
–...предложила себя демонам, открыто, при всех!
Нина дёрнулась и ударилась головой о стену.
«Вот так пестики-тычинки!», обомлела девушка, поняв о ком жарит непристойности принарядившаяся управляющая.
Первое желание было войти, и что-нибудь сделать, но ощущение дежавю, остановило.
Бывает так, что сходятся все пазлы, и картина проявляется с поразительной ясностью и очевидностью.
Сначала щёлкнуло в памяти, как Вибек ходила тенью за Куштим, этакая преданная наперсница, доверенное лицо. Потом вспомнилось, как леди Куштим точно также, как она сейчас, стояла за дверью кабинета управляющего и подслушала разъярённую Нину. Следующий пазл подкинул воспоминание, когда она летела в столовую разбираться с командующим, а после его ухода, выманили и её. Точно, выманили! Она тогда подумала, что затеяна драка.
Нина потёрла виски, подгоняя очередной пазл. Странная женщина, которая требовала справедливости на границе. Она прямо указывая на слова мужа, что отвлекали герцогиню по велению Вибек, и она же потом рассчитала мужчину, услав его подальше.
Бывшая леди Керидская, ныне снова Нарибус, выпрямилась, обошла дверь, за которой стояла, и вошла в столовую. Вибек уже позволяла себе ручками гладить герцогские колени, но это не волновало Нину.
–А ведь это ТЫ подстроила так, что леди Куштим сорвалась и подсыпала мне снотворное в смертельном количестве, – в тишине произнесла она, потеряв всяческое уважение к женщине.
Герцог даже не дёрнулся помочь встать Вибек, лишь заинтересованно посмотрел на вошедшую леди.
–Она ревновала, – спокойно роняла слова Нина, выстраивая их в логическую цепочку для себя и герцога, – измышляла, как навредить мне, но об убийстве не думала. Не так ли?