Постепенно Нина привыкла, что Сэл не успокоится, пока она не окажется рядом с ним и планировала свой день так, чтобы все встречи проходили в первой половине дня, высвобождая вторую для совместного времяпровождения. Иногда она просто усаживалась на диванчике и выполняла свою работу, а иногда они вместе обсуждали то, что задумывал Селвин.
Затевал он ни много ни мало, а строительство городов, обдумывал модернизацию добычи сырья на шахтах, давно назрела необходимость внедрения новых для ледяных, но уже известных человеческому королевству технологий. Нина настаивала на популяризации денежных знаков, рассчитывая, что вскоре они станут крайне необходимыми всем.
В общем, много о чём размышляли новый имперо с пресветлой леди, которую простоты ради в народе начали называть королевой, вспоминая её бывшее замужество и наивно полагая, что герцог, король, это всё одно и тоже.
Уже все знали, что она играет немалую роль при имперо и пока её деятельность принимали одобрительно. Правда знали ледяные совсем мало, лишь то, что леди умеет находить адамас, да то, что охотники болтают про лутов.
А Нина с Сэлом, размышляя о будущем, приходили к выводу, что пора обзаводиться бюрократическим аппаратом. Вот все ответственные лица, а особенно счетоводы и осядут поближе к имперо, во дворце.
А пока Селвин только вникал в дела, то он дал возможность всем ставленникам имперо Варина доказать свою полезность на занимаемых ими должностях. Большинство из них спокойно продолжили свою работу, но были и те, кто начал саботировать, распускать слухи, подбивать рабочих к выражению своего недовольства, используя возможности работы.
Наказания следовали незамедлительно и самые тяжелые, непопулярные рабочие места быстро пополнились виновниками.
Безобразные сцены разыгрывались вокруг красавчика Варина, развлекая всю столицу дополнительными сплетнями, превращая само слово «Варин» в нарицательное.
Его женщины, поняв, что он больше не один из обитателей дворца, получивший по праву рождения множество возможностей и привилегий, довольно жестоко с ним поступали. Уходили от него громко, демонстративно, высмеивая его пригожесть и замашки «великого охотника». Особенно старалась распустить язвительные слухи мать самого младшего признанного наследника, которого обвинили в организации и убийстве деда и сослали на работу в наиболее опасные и необорудованные шахты.
В один миг вся жизнь для наиболее яркого представителя этого рода превратилась в страшный нескончаемый сон, из которого он никак не мог выбраться. Он стал главой рода и от него требовали немедленных решений, ответственности, а он всё не мог понять, что жизнь теперь не красивый праздник, а нудная работа.
И если жителям столицы став имперо, по планам великого деда, он мог бы долгие годы замыливать глаза, находя себе помощников, да того же деда, отца, то родня не желала терпеть безделья. Ему оставили совсем немного времени на переосмысление своей жизни и надеялись, что он сумеет заняться делом, ведь бывший имперо, и их глава, всё-таки считал его перспективным.
Селвину приходилось впрягаться в правление на фоне недоброжелательства, неосуществимых надежд на быстрые перемены, при полном отсутствии каких-либо запасов.
Новый имперо, ещё ничего на начав делать, уже видел, что придётся разрываться между поддержкой старых предприятий и внедрением новых проектов. Получалось, что опять придётся тянуть ресурсы с окраинных городов. Нина слушала Сэла, размышляла и старалась помочь ему как могла, но на всё требовалось время.
Она разослала множество писем по королевству, приглашая к себе на работу мастеров или задействуя нужных людей на местах, предполагая использовать свой личный золотой запас в оплату их работы, хотя бы первое время. Пока король не расширил запреты по отношению к ледяным, она пыталась успеть наладить ниточки связей.
Для Дара и других ребят, живущих во дворце уже прибыли учителя. Им была обещана зарплата вдвое большая, чем они могли бы рассчитывать, но и работы у них прибавилось. От них требовалось не только учить детей, но и составлять учебники, учитывая местные знания. Правда, уже на третьи, четвёртые уроки в класс стали добавляться подходящие по возрасту ребята. Первыми пришли дети ропака Волдо, потом начали приходить ещё ребята и частное обучение перешло в общественное. Учителям приходилось привыкать к новому значению слова «класс».