–Точно круль, пока нас иноземка не встряхнула, так и сидели бы сиднем! А тебе надо бы дочку-то с собой взять, вот и проверим, грезит она или чистым сердцем землю чует.
–Пожалуй. Домики тёплые, добротные, пусть с нами поедет, – согласился круль и заспешил, пока караван стоит, дочку привезти.
А к переговорам с вожаком подключилась Нина.
–Сэл, придётся сразу решать и принимать закон о бережном отношении к природе. Если мы займём все пещеры, то лутам не останется места для корма, для свободы. Эти животные уникальны и их надо беречь. Они же тоже охотятся, значит там, где мы поставим город, для них наступит бедственное положение, и они вынуждены будут переселяться.
–Да, лапушка, ты права, – согласился имперо и тут же обратился к юному лорду.
–Дар, ты проси показать наиболее большие пещеры, а маленькие, средние, мы вообще трогать не будем. Пусть останутся только для них. И насчёт охоты покажи им, что мы постепенно будем всё больше выращивать птицу, животных у себя в загонах, чем надеяться на охоту.
–Батя, можно я покажу, можно? – с волнением начал просить Стефан. Сэл посмотрел на сына.
–Дар, проконтролируй, что там напоказывает Стеф.
–Я попробую, но Стефана я не вижу. Я только с лутами могу так общаться.
–Батя, я всё сделаю, а Дар по реакции вожака поймёт, правильно ли я картинки слал.
Отказать загоревшемуся надеждой Стефану не было никакой возможности. Мальчик очень старался передать правильные картинки и обрадовался, когда понял, что теперь улавливает не отголоски общения лута с Даром, а что к нему напрямую вожак обращается.
– Он покажет две гигантские пещеры, он считает, что нам они очень понравятся.
Дар кивнул, подтверждая слова друга.
Караван двинулся с места. Поначалу луты вели по дороге, но вскоре они сошли с неё и продвижение замедлилось.
Поняв, что заняться нечем, Нина затеяла в походном домике чаепитие и когда пригласила к столу Сэла, то поперхнулась. Он переоделся и стоял перед ней в привычных широких штанах, в рубахе, но не это её поразило. На нём были огромные тапочки-меховушки с ушками.
Вынести такое зрелище без смеха было невозможно. Нина смеялась, а Селвин улыбался, довольный, что именно он причина её радостного настроения.
Мируна для леди сшила тапочки украсив их остатками меха, а Нина озорства ради приделала им глазки и высунутый язычок. Не так давно её тапочки удивили Селвина, а теперь он сам щеголял в таких же. Только у него они более правдоподобно напоминали морду лута, чем её.
К вечеру караван догнал круль Зенон с дочерью Альбой. Девочка была ровесницей Стефана и очень тихой. Среди шумных женщин ледяных, она выделялась сразу, своим внимательным взглядом, задумчивостью и какой-то кротостью.
Находясь среди незнакомых мужчин, она жалась к отцу и первые дни путешествия не отходила от него ни на шаг. Но на третий день, появился вожак и он, минуя мальчишек, сразу подошёл к девочке.
Круль хотел было прикрыть ребёнка, но она так смотрела на огромного лута, столько счастья, восторга, было в её глазах, что у него не хватило духу. Альба смело протянула ручки к вожаку, погладила его, и вдруг крикнув, сейчас, побежала к занимаемому с отцом домику.
Все стояли замерев, не понимая, что вообще происходит. Почти сразу же девочка выбежала со странной щёткой в руке и показав её вожаку, принялась чесать его. Он повалился на бок, иногда поддерживал её лапой, чтобы она могла забраться на него, а Альба чесала шерсть. Нина увидела, что у Стефана глаза на мокром месте.
–Дар, Стеф, у меня там в сундуке, на самом дне валяется такая же чесалка. Мируна собиралась в дороге делом заниматься когда-то, да так и забыла. Берите её и помогайте Альбе.
Мальчишки рванули в походный домик Нины с Сэлом, чтобы через минуту выскочить и, потрясая щёткой, побежали к развалившемуся вожаку. Возле него они притормозили, а Альба не поворачивая головы, крикнула им, что чесали других лутов.
–Чего это ты распоряжаешься? – недовольно буркнул Стефан.
Девочка посмотрела на него своими глазищами и светло улыбаясь, пояснила.
–Ррыррк сказал, что их шерсть защищает от любой непогоды. Закроешься ею, как платком и неважно будет, что вокруг холод или жара. Он сказал, что обдумал идею имперо о выращивании корма для своего народа и хочет менять свою шерсть на вот столько птичьих яиц, – девочка развела руки в стороны настолько, насколько могла, – и ещё они хотят конфет.