Землянка говорила наугад, она могла только догадываться, только предполагать, почему у пары всего один ребёнок. Нина замолчала, надеясь, что женщине есть что сказать и не ошиблась. Та посмотрела на леди глазами наполненными слезами, наглядно подтверждая все Нинины домыслы. А потом её как прорвало.
–Питер старался, очень старался, но он не привык к тяжёлому каждодневному труду. Он же привык, что если уставал, выбивался из сил, то в замке его ждали горячая вода, сытный стол и отдых, а наша жизнь совсем другая. Я брала на себя все женские заботы, а часто и мужские. Он искал выход, желал подняться и доказать, что без денег отца сможет многого добиться, но так и не представилось случая заработать достаточно, чтобы вложиться во что-то более доходное. Он ненавидел себя за прежнее расточительство, даже за то, что гордо ушёл из дома в том, в чём был и наше счастье, что на поясе у него висел кошелёк с суммой, которой хватило на покупку небольшого домика.
Нина слушала затаив дыхание. Вот она сказка, вот о чём поют менестрели, складывая слова так, что начинаешь мечтать об этом, не видя, какая скрывается реальность за романтикой.
–И все равно Питер любил меня! – с вызовом Бовач посмотрела на леди. – Очень любил и был счастлив, когда у нас родился Резар. Золотой луч на старом языке. Он стал ещё больше работать, но бедным, как не бейся, не выбраться в люди. То неурожайный год, то скот болеет, то волки обезумели и погрызли ...
Нина пыталась разглядеть остатки былой красоты, но тщетно, а ведь Бовач около сорока лет, может даже ещё только будет.
–Нелегко вам пришлось, но у вашего сына появился шанс.
–Да, у сына появился, но его не принимают.
–Мне бы хотелось сказать вам, что всё будет хорошо, но это не совсем так, – начала Нина, – вашему сыну всю жизнь придётся доказывать, что он достоин быть лордом. За ним будут следить и ждать его ошибок, ждать, когда он ослабнет, чтобы укусить.
Женщина нахмурилась и слушала, никто с ней не говорил о её жизни так, как эта леди.
–Вы сделали для мужа, для сына, всё что могли. Ваш Питер в любую минуту мог отказаться от вас и вернуться с покаянием к отцу, уверена тот ждал этого. Но ваша любовь горела, во многом благодаря вашей самоотверженности. В простой семье, где приходилось много работать, вы сумели вырастить сына, который не выглядит пастухом. Простите, если вам это обидно.
–Мы с Питером не жалели денег на книги, на учебники, – вставила своё слово Бовач.
Нина кивнула, показывая, что так она и думала.
–Сейчас для вас сложный момент, и тяжёлый выбор. Вы же видите, что происходит вокруг, так определитесь «кто вы?». Можете побыть ещё годик леди и вместе с сыном вернуться в старый дом, а можете поднять своё, собственное хозяйство и с гордостью за него, ждать, встречать внуков, рассказывая им о своей жизни и не стыдясь её!
–Хотите прогнать меня? – зло спросила госпожа Бовач.
–Зачем? Вы мне не мешаете, я здесь всего на один год. А что будет с вами, когда сын обозлится на вас, считая, что у него всё плохо из-за вас, что будет, когда он приведёт в дом юную леди?
–Уж я сумею поставить её на место, – вдруг разозлилась женщина.
–Вы были полновластной хозяйкой у себя в доме, а сейчас вы при сыне! Многих ли ваш Питер слушал, когда вы были рядом с ним?
–Никого он не слушал, он меня любил!
–Ваш сын очень похож на мужа, хоть есть в нём и ваши черты, – успокаивающе произнесла Нина, уже думая, что у неё ничего не получилось, но женщина так же быстро затихла, как и вспылила.
–Так что же мне делать? – с надеждой, перемешанной с недовольством, недоверием, злостью, спросила она.
–У вас же дар общения с животными! Поднимайте своё хозяйство, берите деньги у сына, закупайте животных, нанимайте работниц и ведите дело. Если у вашего сына всё будет плохо, ему хоть будет к кому прийти. И я думаю, если у вас получится фермерствовать с выгодой, то сын будет гордиться вами.
–Питер всю жизнь пытался стать крепким хозяином, но он мыслил слишком широко, не по-крестьянски, а я могла бы, только никогда не было денег, чтобы закупить породистую живность, – задумалась Бовач.
Нина уже подумала уходить, но следующие слова заставили её подождать с уходом.
–Вы не такая, как покойная жена моего сына. Та хоть и была потаскушка, а фыркала в мою сторону, да подбородок задирала.
Землянка отвела глаза и подумав, произнесла.
–Госпожа Бовач, вы ведь уже много чего повидали, подумайте сами, а как себя могла вести юная леди в её положении?