Среди причин неудачного для Красной армии начала войны авторы выделяют:
– ошибки руководства в оценках сроков и перспектив вступления страны во Вторую мировую войну, а также в планировании и стратегическом развертывании, приведшие к запаздыванию сосредоточения войск и приведения их в боевую готовность, перевооружения на новые образцы техники;
– неудачную дислокацию войск, создание группировок, сильных в центре и слабых на флангах, неготовность войск к оборонительным действиям; расчет на молниеносный разгром вторгшегося противника без учета возможностей своих войск, оборону по линии госграницы без создания инженерного оборудования в глубине;
– неправильно избранную систему одновременной реорганизации большинства соединений, что привело к их небоеспособности;
– недооценку значения вспомогательных родов войск и служб;
– непоследовательную, непродуманную и порой просто преступную политику в отношении военных кадров;
– ошибки в оценке опыта действий своих и чужих войск в ходе прошедших кампаний;
– ошибки в политической работе по определению понятий «союзников» и «врагов» в будущей войне;
– отсутствие единого мобилизационного плана работы оборонной промышленности и размещение ее преимущественно в европейской части страны.
Замечу, что многие из этих ошибок могут считаться таковыми только в том случае, если предполагать, будто Сталин предполагал придерживаться оборонительного образа действий. Если же он готовил наступление, то многие из этих ошибок на самом деле ошибками счесть нельзя. Ясно, что в этом случае и группировка войск должна была быть наступательной, а строительство инженерных сооружений в глубине собственной территории представлялось ненужной роскошью. И если расчет был на скорую победу Красной армии, то размещение военной промышленности в Европейской части СССР ничем грозить не могло. Ведь ни Сталин, ни Тимошенко, ни Жуков и в страшном сне не могли вообразить, что немцы дойдут до Ленинграда, Москвы и Сталинграда.
Как подчеркивают авторы книги, «резкое увеличение числа новых воинских формирований требовало и соответствующего обеспечения, что повлекло быструю, порой коренную перестройку всей работы промышленности. При такой работе не обошлось без ошибок». Как признается в книге, ни в канун войны, ни в ходе ее «не удалось наладить производство в достаточном количестве средств связи, высокооктановых сортов бензина, магистральных паровозов, тепловозов, электровозов, вагонов, рельсов, постоянно ощущалась нехватка пороха, алюминия, меди и ряда других материалов. Существенную помощь армии и промышленности страны оказали в последующем поставки по ленд-лизу, которые практически покрывали их потребность в этой технике и материалах».
Пожалуй, главной ошибкой было то, что, всемерно наращивая выпуск новейших вооружений и боевой техники, советские руководители и генералы не озаботились соответствующим наращиванием гражданской продукции, необходимой для обслуживания вооруженных сил: бензина, транспортных средств, радиостанций и иных средств связи. А ведь ради этого стоило бы немного притормозить выпуск самолетов и танков.
Также и при строительстве собственно вооруженных сил, впечатляющая картина которого приведена в книге, наблюдалась гигантомания, погоня за большими цифрами самолетов и танков без учета реальных возможностей освоить в короткий срок новую технику и обеспечить ее всем необходимым. Как отмечают авторы книги, если в западных приграничных округах остро не хватало пилотов, то во внутренних и восточных округах многие летчики остались безлошадными. Красной армии прежде всего не хватало организованности и порядка.
Казалось бы, в таком состоянии нечего было и думать о нападении на Германию. Однако на самом деле эти органические пороки были присущи советским вооруженным силам всегда, в том числе и в победном 1945-м. К тому же Сталин, да и многие другие руководители Красной армии не сознавали всей серьезности присущих ей недостатков и считали, что она может успешно воевать. В конце концов, кроме неудач начального периода финской войны, был еще успешный, как считали Сталин и Тимошенко, прорыв линии Маннергейма, а также успех на Халхин-Голе. В то же время, как подчеркивают авторы, парадокс стратегического развертывания заключался в том, что на Западе, где ожидалось столкновение с Германией, почти не было войск, имевших опыт боевых действий в Монголии.