В конце коридора над раздвижными дверьми висели часы. Они показывали, что в Санкт-Петербурге всего на час больше, чем в Томске перед вылетом. Летела Вика почти пять часов, четыре из них испарились, словно в машине времени. Можно кусочек жизни начать сначала. Собственно, она сюда и приехала, чтобы так поступить.
Вика вышла из терминала и растерянно остановилась. Она оказалась в огромном светлом зале. Из коридора продолжали выходить пассажиры, кто с обычными сумками, кто с тележками, доверху груженными вещами. Последний раз она улетала отсюда еще из старого аэропорта. Как все изменилось!
Вику обещали встретить, но как ее узнают? Этот вопрос они забыли обговорить. Она отошла в сторонку, к цветочному киоску, и вытащила телефон, чтобы позвонить поверенному Ванессы. Тут заметила несколько человек с табличками, подошла к ним. На листках были написаны названия фирм и фамилии. Своей она не нашла. Вдруг со спины ее окликнул мужской голос:
— Виктория Андреевна Морозова?
Она вздрогнула и обернулась. Перед ней стоял очень высокий, бледный и тощий молодой человек в черном пальто до колен, черном шарфе, завязанном узлом, черных брюках и ботинках. В общем, во всем черном. В длинных руках он держал такой же траурный планшет. Ей сразу вспомнилась детская страшилка:
«Однажды черной-черной ночью на черном-черном кладбище открылась черная-черная могила, из нее вышел черный-черный покойник и пошел в черный-черный дом на черной-черной улице черного-черного города, зашел в черный-черный подъезд, открыл черную-черную дверь, вошел в комнату, в которой спала маленькая девочка, подошел к ней и сказал: “Отдай мое сердце!”».
Сердце Вики бешено заколотилось, в горле запершило. Она попыталась сглотнуть, но мышцы сжались и не слушались. Она застыла и остекленевшими глазами продолжала смотреть на пустое окно планшета. Молодой человек наклонил голову и тоже взглянул на него. Нажал кнопку, и на черном фоне высветились яркие буквы ее фамилии и инициалов. Это вывело Вику из ступора. Черный человек повторил вопрос.
— Да, — глухо ответила она.
— Добрый день! Меня зовут Максим. Я помощник Кирилла Сергеевича. Он поручил встретить вас и доставить в офис. Он ждет вас. Пойдемте, у меня машина на стоянке.
Молодой человек протянул руку, собираясь взять багаж Вики. Но она дернулась и резко задвинула чемодан за спину. Максим с удивлением посмотрел на нее и повторил:
— Пойдемте. Вам лучше застегнуть куртку. Сегодня отвратительная погода. Снег и ветер.
Он развернулся и зашагал к выходу. Вика поплелась за ним. Внутри у нее все дрожало, казалось, от ужасного предчувствия. Хотелось сбежать. Она воровато огляделась, ища пути отступления. Черный человек остановился, обернулся и подождал ее. Затем пошел рядом, дотронувшись до ее плеча. Это прикосновение пронзило Вику ледяным холодом, словно он и вправду черный-черный мертвец. Паника охватила каждую клеточку ее организма, парализуя разум и волю. Психотерапия с помощью романа о маньячке ей явно не помогла.
Глава 12. Улица Глинки
Офис поверенного Ванессы находился в красивом здании на улице Глинки. Возле подъезда висела медная табличка «Адвокатская контора» с указанием часов работы. По крайней мере, не в лес привезли. Центр города и официальная вывеска немного успокоили Вику. В конторе их никто не встретил. Максим снял пальто и помог раздеться Вике. Затем провел ее в кабинет Кирилла Сергеевича.
— Ну наконец-то, — с этими словами из-за стола поднялся упитанный человек средних лет с залысинами, маленькой козлиной бородкой и в очках с золотой оправой.
Одет он был, к счастью, не в черный, а в клетчатый костюм.
— Рад видеть. Как добрались? Не замерзли? Погодка у нас сами видите какая. Хотя что я говорю. Вы же из Сибири приехали. У вас там холода. Пойдемте в переговорную, сейчас чайку сделаем. Максим, займись. В конторе никого нет. Сами понимаете, праздники. Все отдыхают. Секретарша моя на Багамы укатила. А мы тут трудимся, — без перерыва трещал Кирилл Сергеевич.
Упоминание о том, что в конторе, кроме нее и этих двоих, никого нет, привело к новой волне паники, охватившей Вику. Она на негнущихся ногах проследовала за удивительно подвижным адвокатом. Он несся, как мячик по полю, не переставая жестикулировать, вертел полным телом и широко улыбался, блестя бриллиантом в левом верхнем клыке.
В просторной комнате, куда ее привели, стоял большой овальный стол из темного дерева. На стене висел плоский экран. Два высоких окна плотно занавешивали тяжелые шторы. Пахло чем-то техническим. Красивая хрустальная люстра осветила стол, оставив темными стены. Кирилл Сергеевич отодвинул массивный стул и взглядом пригласил Вику присесть. Сам обежал стол и устроился напротив.