— Тимур, — представился мужчина. — Большое горе. Ванессу очень жаль. Такая женщина! Мы надеемся, что вы продолжите ее дело. Если что нужно, обращайтесь. Я всегда Ванессе по дому помогал. Повесить что, починить.
— Спасибо, — сказала Вика.
Она открыла дверь ключом. Вновь первым вошел Максим и включил свет в прихожей. За ним зашли Вика и адвокат.
— Что Тимур имел в виду? — спросила она. — Про какое дело он говорил?
— Всему свое время, — ответил Кирилл Сергеевич. — Сначала покажу дом. Вам нужно убедиться, что все в целости и сохранности.
Они прошли вперед и попали в просторную гостиную. Вика с интересом осматривалась кругом. Очень давно, на последнем курсе медицинского университета, она нарушила обещание, данное Генриетте, и навестила свою двоюродную бабулю. Адрес разузнать оказалось несложно благодаря редкому сочетанию имени и отчества родственницы. Так что Вика уже была в этом дворике на Крюковом канале. Тогда дверь открыла молодая женщина в черном платье. Вика сказала, что ей нужно увидеться с Ванессой. Та спросила, кто она такая, а когда узнала, захлопнула дверь. Вике ничего не оставалось, кроме как уйти ни с чем. Может, это была дочь Ванессы? Если так, то она похоронена на Смоленском кладбище, и теперь не спросишь, почему юную студентку не пустили даже на порог. Теперь изгнанная Золушка стала хозяйкой шикарной квартиры. Вот такие превратности судьбы.
Вика никак не ожидала, что Ванессе принадлежит все двухэтажное строение. После своей маленькой квартиры общей площадью в сорок семь квадратных метров, где прекрасно уживались шестеро человек, трудно было представить, как одинокая женщина проводила время в столь обширных апартаментах. Может, она каждый день меняла спальни, которых на втором этаже было целых пять?
На первом этаже, помимо гостиной, находились прекрасно оборудованная кухня, столовая, обитая деревянными панелями и от этого имеющая мрачноватый вид, кабинет со старинным письменным столом, кожаными диванами и огромным книжным шкафом, а также еще одна комната, запертая на ключ. Имелись в доме и уж совсем невероятные для Вики помещения: прачечная с сушилкой, сауна, спортивный зал с дорожкой, шведской стенкой и еще с каким-то инвентарем, который не вязался с возрастом старушки.
— Она жила здесь одна? — спросила Вика.
— Да, — ответил адвокат.
— Как она поддерживала порядок?
— Когда живешь один, это не так сложно. У меня трое внуков, я знаю, о чем говорю, — улыбнулся Кирилл Сергеевич. — Наверняка ей кто-то помогал, но я не в курсе. Кроме того, сейчас вы видите результат уборки сотрудниками клининговой компании. Максим этим занимался.
Адвокат подошел к окну одной из комнат на втором этаже.
— Ну и погодка, — сказал он. — Жаль, ничего не видно. Место это красивое, потом сами убедитесь. Напротив Никольский морской собор. Справа Семимостье.
— Семимостье? — переспросила Вика.
Она тоже подошла к окну, наполовину залепленному снегом.
— Крюков канал короткий, начинается от Фонтанки, — адвокат махнул рукой вправо. — Потом пересекает канал Грибоедова, а затем и Мойку, — он махнул рукой влево. — Везде мосты. С определенного ракурса можно увидеть сразу семь мостов.
— Говорят, что и девять, — уточнил Максим.
— Не знаю, не знаю. Место называется Семимостьем. Туда, конечно, туристов привозят. Но отсюда не видно и не слышно. Ладно, вы обживайтесь, привыкайте. Если появятся вопросы, звоните. У нас еще много работы по оформлению документов и денежным вопросам. Но мы все постепенно сделаем.
Все спустились на первый этаж.
— Я купил для вас продукты. Немного, на первое время, — сказал Максим. — Не знаю ваши предпочтения.
— Спасибо.
Адвокат с помощником откланялись и покинули дом. Вика присела на диван в гостиной, откинулась на спинку и прикрыла глаза. Все, что с ней произошло за последние несколько часов, было трудно осмыслить и понять, да и сил у нее на это не осталось. Она достала из сумки телефон, выключила его и включила обратно. К счастью, сим-карта определилась. Вика позвонила маме, рассказала вкратце, что произошло.
— Хотела бы я посмотреть, как выглядит дом сейчас, — сказала Мария Дмитриевна.
— Ты здесь была?
— Мы уехали из Петербурга, когда мне было восемь лет. Я кое-что помню.
— Ты жила в этом доме?
— Да. Моя комната находилась на втором этаже. Окна выходили на Крюков канал. Я помню, как по нему проплывали кораблики с туристами.
— Ты мне об этом никогда не рассказывала.