— Эй, Майкл-бэби, не забывайся! — преувеличенно-угрожающе крикнул Чарли.
— А какое тебе дело? Мы, кажется, еще даже не помолвлены! — в том же шутливом тоне ответила ему Джейн.
Тихо сидевший в углу со стаканом виски в руке Меллон как будто только и ждал этого. Он встал и крикнул:
— Внимание!
Ли и Диана, разбиравшие, присев на корточки, пластинки, недоуменно опустили руки.
— Почему бы нам сегодня торжественно не объявить о помолвке мисс Джейн Сьюзен Мюррей и мистера Чарльза Аллана Брайта? Ведь все их, друзья отлично знают, что фактически они помолвлены. Но что это за помолвка без торжественной огласки? — громогласно спросил Меллон.
— О, Пол!.. — смущенно пролепетала Джейн, останавливаясь и отходя от меня.
— Подумайте только! — продолжал Меллон. — Первое: объявление о помолвке состоялось вскоре после нашей общей победы. Второе: оно произошло во время Потсдамской конференции, знаменующей послевоенный союз между странами-победительницами. И третье: при объявлении присутствовал наш русский союзник, Майкл Воронов. Все это значит, что последующий за помолвкой брак будет так же крепок, как и русско-американский союз! Согласны?!
Я не знаю, кто первый закричал в ответ: «Согласны!»— но мгновение спустя все кричали «согласны».
И вдруг все стихло, точно по команде. Девушки и мы с Полом отошли к стенам. Посреди комнаты остались только Чарли и Джейн. Они смотрели друг другу в глаза, будто не замечая нас…
— Майкл-бэби, ты не хочешь поцеловать Джейн? — неожиданно раздался голос Чарли.
Только сейчас я понял, что пропустил церемонию поздравлений. Мы обменялись с Брайтом крепким рукопожатием. Затем я увидел, что ко мне приближается Джейн, подставляя щеку для поцелуя.
— Леди и джентльмены, — положив руку на плечо Джейн и слегка прижимая ее к себе, торжественно произнес Брайт. — Мы не думали совмещать сегодня эти два праздника — день рождения Джейн и нашу помолвку. Но раз уж так получилось — хорошо!.. Я заявляю перед богом и перед вами, что обеспечу этой женщине счастье. Настанет день, и я вдребезги разобью вон ту проклятую пишущую машинку. Вы все мои друзья, и я могу признаться вам, что заработал некую сумму долларов на этой войне. Мы с Джейн решили, что будем жить не в городах-котельных, вроде Нью-Йорка или Детройта, а где-нибудь в Калифорнии, близ Санта-Моники, в бунгало, достойном такой хозяйки, как Джейн. У нас будут дети, и прежде всего сын…
— Хип, хип, хуррэй! — закричал Меллон, и все тоже закричали «хуррэй»…
Я заметил, что Брайт слегка покачнулся, теряя равновесие, но тут же выпрямился.
— Ты будешь жить, как все порядочные американки, — продолжал он, обращаясь к своей невесте. — Тех денег, что я заработал, плюс ссуда, которую обещают дать ветеранам войны, нам хватит на первое время. А дальше… — Брайт сделал паузу и шутливо добавил: — Дальше я тоже обеспечу тебе счастье, хотя бы для этого мне пришлось ограбить банк или даже Форт-Нокс.
— Спасибо тебе, Чарли, — почти шепотом произнесла Джейн, — ты так много собираешься дать мне… А я не могу взамен дать тебе ничего… кроме любви и верности.
— И я буду считать себя вознагражденным сверх меры! — воскликнул Чарли и поцеловал Джейн в обе щеки. — Но, — продолжал он, — будем хорошими христианами и подумаем о ближних. Впрочем, Пол женат, миссис Лоуренс замужем, а мисс Масон, насколько я знаю, тоже помолвлена. Выходит, что одиноким остается только Майкл. Где же твоя Мэррия, Майкл-бэби? Далеко? Что ж, если ты не прочь, мы подыщем тебе американку!
Я чуть было не ответил резкостью, но сдержался. Чарли и Джейн конечно же не хотели меня обидеть. Эти люди стали для меня не просто «иностранными знакомыми», но друзьями. Я верил в их искренность. И верил в их счастье, которое в Штатах во многом определяется деньгами, а Чарли имеет нюх на деньги, как гончая на дичь.
И все-таки, недоумевал я, зачем они позвали меня на торжество, имеющее столь интимный характер? Экзотики ради: «русский на американской помолвке»?
Нет, ответил я себе, дело не в этом. Чарли хочет доказать, до конца доказать, что та история с фото была для него случайной, вынужденной, а в главном он останется честным человеком.
Занятый этими своими мыслями, я пропустил мимо ушей какую-то часть пространного монолога Брайта. Очнулся лишь после того, как он опять коснулся меня.
— А теперь я открою вам, леди и джентльмены, одну тайну, — хитро прищурился Чарли. — Ситуация сейчас могла бы быть иной, и главными действующими лицами в ней оказались бы не я и Джейн, а Майкл и Мэррия, Майкла вы знаете. А Мэррия — это его невеста. Их разъединила война. Но через несколько дней они съедутся в Москве. Так, может быть, ты, Майкл, разрешишь нам выпить за ваше здоровье и счастье, так сказать, авансом?
В комнате поднялся невероятный шум, я никогда не думал, что пять человек — сам я не в счет — могут устроить такой бедлам. Ли и Диана выскочили из комнаты и тут же вернулись с чистыми стаканами. Чарли и Пол хватали из картонных ящиков бутылки с джином, с виски, с содовой и тоником…
Наконец каждый получил свой стакан. Мне не очень нравилась эта игра, хотя я и не возражал против нее. Мне не нравилось, что совершенно посторонние люди будут ни с того ни с сего праздновать мою с Марией «помолвку», да и что это такое, я знал только из русской классической или переводной литературы. Однако я понимал, что все эти люди хотят сделать для меня нечто приятное…
— Спасибо, друзья, — смущенно ответил я. — Мария тоже была бы благодарна.
— Ах, ах! — комически воскликнул Чарли. — Он, видите ли, благодарит! Мы первые, кто присутствует при его помолвке, значит, как бы одобряем ее, а он хочет отделаться благодарностью? Послушай, — на этот раз уже преувеличенно серьезно и обращаясь непосредственно ко мне, сказал Чарли. — Ты сказал: «Мария была бы благодарна». Но ее здесь нет, и мы вынуждены верить тебе на слово. Леди и джентльмены, как вы считаете, можем ли мы дать этому джентльмену согласие на помолвку, не зная мнения невесты?
— Нет, нет!.. — закричали со всех сторон.
Конечно, все это была игра. Американцы умеют веселиться, как дети. И хотя быть объектом такой игры у меня желания не было, мне в то же время не хотелось выглядеть «букой», не понимающим шуток.
— Что же мне следует сделать, чтобы завоевать ваше доверие? — спросил я.
— Сказать, как собираешься обеспечить ей счастье! — крикнул в ответ Брайт. — Куда, например, вы поедете в свадебное путешествие?
«Свадебное путешествие?.. О боже мой! — подумал я. — Прежде всего мне с Марией надо будет решать, где нам жить: у меня на Болотной или у ее родителей? Потом Марии надо будет устраиваться на работу, а мне, может быть, удастся поступить в аспирантуру».
— Свадебное путешествие? — повторил я вслух. — Наверное, мы совершим его на пароходике по каналу. — Заметив на всех лицах недоумение, я пояснил: — Москву пересекает река. Она тоже называется Москвой. А от нее отходит канал, узенький, правда. По каналу снуют пароходики. Прогулка на них в выходной день — лучший вид отдыха, потому что…
Я запнулся, сообразив, что, кажется, слово в слово повторяю скучную, без малейшей выдумки рекламу.
— Г-ммм, — разочарованно протянул Чарли, но, видимо, тут же понял свою бестактность и наигранно веселым тоном сказал: — У нас тоже ходят такие пароходики. Вокруг Манхэттена. А что, Джейн, это неплохая идея, снять целый пароход на весь день, позвать друзей и устроить кругосветное путешествие.
— Надоест! — усмехнулся Пол.
— Возможно. Но если пригласить джаз Эллингтона, Синатру или Кросби…
— Это влетит тебе в кругленькую сумму, — предупредил Пол. — Боюсь, что с пристани ты повезешь Джейн в метро. Так что не забудь оставить монетку.
— Не ройся в чужом кармане, — ответил Брайт категорично, но беззлобно. — Ладно. Вопрос номер два. Что ты, Майкл Воронов, подаришь своей невесте в день помолвки? Я, например, дарю вот это.
И Чарли вытащил из заднего кармана брюк плоскую черную коробку. Когда он открыл ее, мне показалось, что вся она наполнена крошечными горящими угольками.
— О-о, Чарли! — простонала Джейн.
На какое-то время она словно застыла над открытой коробкой, держа ее в вытянутых руках. Там на черном бархате лежало чудесное колье.