Повернув голову к Кевину и обманывая саму себя, что всё еще не выбрала, как будет завершать эту страницу в истории острова, да и своей собственной жизни, Виктория, улыбаясь, смотрела на своего дорогого брата, которого не знала до недавнего времени лично, и который всё же нашел свой путь, что привел его именно сегодня и именно в это место, что было дорого юной девушке, которая отдавалась текущему моменту всей своей душой, вспоминая с романтической ностальгией о тех далеких временах, когда казалось, она, наивная, сможет спасти всё то, что было ей дорого.
163. – Она так и сказала, деда? – с легким оттенком недоверия в голосе переспросила совсем еще юная девчушка.
– Насколько я помню, – улыбнулся уже немолодой Джаред Фландерс своей внучке, которая во время их беседы гладила покоившегося на ее коленках, тоже уже немолодого утконоса по имени Арчибальд, который с полузакрытыми глазами-бусинками отдыхал, в то время, как она гладила его мягкую шерстку.
– Но мама, то есть Гелла, – с грустной улыбкой задумался на секунду Джаред, – действительно думала, что сможет изменить наши страны.
– И получилось у бабушки? – совершенно невинно, безо всякого подкола, которого мог бы ожидать Джаред от своей внучки, что владела информацией куда лучше его самого, спросила Виктория.
– Не совсем, – едва заметно вздохнул он, – однако, за свою жизнь она спасла множество жизней и всё благодаря своей… Я даже не знаю, как сказать… Она жила так, будто бы ее самой и ее интересов не существовало. Как будто бы она была воплощением некой силой или проводником чьей-то воли, которая и должна была действовать через нее в этом мире, а что она сама была таким же самым обыкновенным смертным человеком, ее не сильно волновало.
– Но, если она не была человеком, как ты говоришь… – также без негативного контекста, который по привычке мог додумать про себя Джаред, продолжила юная Виктория, – то как она могла не понимать, что оставлять тебя одного, деда, не самое приятное, что можно сделать для своего ребенка?
Вопрос застал мужчину врасплох.
– Ты понимаешь… Она просто не могла поступить иначе. Мама, твоя прабабушка, просто не смогла бы бросить всё и улететь из Империи вместе со мной и отцом, поэтому она и осталась там… Осталась навсегда, – на глазах Джареда выступили едва заметные слезы, которые он остановил рефлекторно, поджав губы.
Виктория внимательно следила за реакцией своего дедушки и всё не унималась.
– А моя мама? Она тоже не смогла просто так оставить Империю и остров Утконоса, так ведь?
– Ох, не знаю, не знаю, Вик, – тяжело выдохнул Джаред, – Джулия вообще не должна была иметь ко всему этому отношения, однако, так получилось, что и она пала жертвой этого режима, построенного твоим… – собеседник наконец сдался, – твоим прадедом. Была бы моя воля, я бы давно уже забрал тебя отсюда в страны Конгресса…
– К моему брату? – спокойно спросила Виктория.
Джаред слегка обомлел, испугавшись, не выболтнул ли он лишнего за время их беседы.
– Откуда ты…
– Ну я же правнучка Императора Сердца в конце концов, – улыбнулась она, – и у меня уже есть доступ к кое-какой информации.
– Значит, ты уже…
– Общалась с Кевином?
Джаред ощутил себя полным дураком, который из-за собственного страха никогда больше не увидеть дочь, из-за того, что, может, хотя бы намекнуть своей внучке о существовании ее брата, не осмелился даже думать о нем в ее присутствии, хотя сама Виктория давным-давно знала даже его имя.
– Нет, – продолжила она, – но я знаю, что живется ему неплохо. Я заказала пару не совсем приличных слежек за ним в странах Конгресса и теперь уверена, что жизнь у него складывается, как надо. И, поверь мне, деда, веселится он куда интереснее чем я сама! – не смогла скрыть своей улыбки Виктория.
– Но как … – взял себя в руки все-таки Джаред, – как ты можешь так… О, Богиня, какой кошмар! – сжался он от презрения к самому себе и собственной бесхребетности, – тогда мы просто обязаны помочь тебе сбежать, чтобы вы наконец встретились с ним! Ведь как можно!.. – задрожал от гнева Джаред, – как можно разлучать родных брата и сестру! Это… это просто немыслимо! Это…