Целый год гвардейцы вели ожесточенные бои на Ржевском выступе. Гитлеровцы делали все, чтобы не отдать его. Ржев находился недалеко от Москвы, и они не теряли надежды взять реванш за поражение в декабре сорок первого. В январе 1943 года в бою под Ржевом лейтенант дивизии В. П. Ванюков повторил подвиг Александра Матросова, закрыв грудью вражескую амбразуру. Ему было присвоено звание Героя Советского Союза.
М. Марченко, командир батальона, 174-я (20-я гвардейская) стрелковая дивизия
Лужский рубеж. Т.Кузнецов
Наш 269-й отдельный саперный батальон был полностью сформирован из южноуральцев, получил боевое крещение в литовском городе Таураге. Участвуя в боях, он отступал до Пскова, где 6 июля 1941 года получил приказ — выступить под Лугу, на оборону Ленинграда. Нам надлежало сделать противотанковое и противопехотное заграждения.
В районе села Смердь был заминирован участок в семь километров по фронту. Нужно было усилить участок противотанковыми и противопехотными минами, проверить состояние мин, установленных ранее. Началась трудная работа. Мы расширили участок противотанковыми минами с деревянными корпусами. Между ними ставили противопехотные мины, тоже в деревянных корпусах. Мы их сделали сами, весьма качественно и успешно.
Забегая вперед, скажу, что когда гитлеровцы стали наступать на Лугу, на наше минное поле вышла крупная танковая колонна противника, и многие машины больше не вернулись в строй.
Для устройства прохода через минное поле фашисты ранним утром 25 июля собрали местных жителей и погнали впереди своих колонн. Но взрывов не последовало. На этой полосе оказались только противотанковые мины. Как только прошли наши люди, бойцы встретили гитлеровцев ураганным ружейнопулеметным огнем.
В этих боях мы потеряли взрывников Семенова и Амплеева, тяжелое ранение получил старший сержант Иван Бурлацкий.
Последующие задания были не менее сложными. Мы устраивали минированные лесные завалы вдоль берегов рек Суйда, Оредеж, Луга, у озер Череменецкое и Врево. Шло комбинированное минирование на путях вероятных подходов противника. Использовались малейшие возможности для того, чтобы создать препятствия на пути врага. Немцы безуспешно пытались прорваться через такие преграды. Разбирая завалы, они подрывались, а когда начинали снимать мины, из-за завалов били наши пулеметы и автоматы.
Однажды пришли машины с Кировского завода из Ленинграда.
— Принимайте трубы, — пошутили сопровождающие.
— Что за трубы? — удивились саперы.
— А это для Гитлера, пусть он улетит в трубу!
Оказалось, что с завода доставили трубные мины оригинальной конструкции. Приехали три сотрудника, участвовавшие в ее разработке. Они в течение двух недель выходили с нами на передовую линию обороны, показывали, как устанавливать эти мины.
Мины были сделаны из старых водопроводных труб длиной метр — полтора. Чтобы в заряд не попала вода, концы труб герметически закрывались. Замыкатель — в виде хлопушки с батарейкой от карманного электрического фонарика, электродетонатор — из капсюля с медной оболочкой. Все это было примитивно, но надежно. В этом мы скоро убедились, когда на этих минах взорвалась группа гитлеровцев. Они и улетели в трубу…
Однажды в штаб сообщили, что у села Городец в полевой сумке убитого немецкого обер-лейтенанта нашли приказ, которым солдатам строго-настрого запрещалось без сопровождения саперов вступать на какую-либо территорию. Сообщалось, что большевики минируют дороги, огороды, хлебные поля сложными сверхсекретными минами, и даже первоклассные немецкие миноискатели не могут их обнаружить. То-то мы посмеялись!
Потом нам дали задание — минировать возможные места форсирования Оредежа. Мост серой дугой повис над холодными водами реки, и по нему редко кто проезжал на противоположный берег. И мы, и немцы держали его под постоянным прицелом. Мы заминировали берега.
Ожидая, когда пройдут последние наши части, наша рота находилась в укрытии. Вражеская штурмовая авиация в течение дня обстреливала мост из пулеметов и забрасывала гранатами. Немецкая артиллерия и минометы молчали. Гитлеровцы берегли мост для перехода. Но вот последние наши части прошли, и проход к мосту на левом берегу был заминирован. Начальник инженерной службы дал команду — взрывная машина сработала, но взрыва моста не раздалось. Магистральные провода и дублирующий шнур были перебиты осколками, многие заряды на опорах рассыпались. Тогда мы забросали мост бутылками горючей смеси — не загорается. А в это время немецкие танки появились на опушке леса и лавиной пошли к мосту. За танками шла пехота, ведя огонь из автоматов. Еще немного — и…