— А если всё равно не отстанут?
— Значит, это заговор. Тогда будут иметь дело со мной или с Хранителем. Вот тогда уже плохо станет им. Пощады ни от Учителя, ни от меня не будет. Но это на крайний случай, если по-хорошему не поймут.
— Слушай, Кирилл, — спрашиваю, — а зачем они это делают? Ну, придумывают всё это, про дядю Витю.
— Не знаю, Саша. Пока непонятно, чего они хотят, но мы разберёмся. Да, Сань, ты сегодня ешь получше. Завтра отправляемся в путь. Когда вернёмся, неизвестно. Да, вот ещё что, оденься завтра так, чтобы можно было переодеться по-летнему. Иначе упаришься. Главное, в сапоги не обувайся или возьми с собой летнюю обувь — там переобуться.
— А мы куда идём? — спрашиваю.
— Сначала к Усатому. Я же сказал, что завтра увидим Артёма.
— Слушай, Кирилл, как я могу куда-то пойти, если мне велено лежать неделю? Я что скажу родителям?
— Лежать тебе уже не нужно, ты здоров. Зря я, что ли, мотался к Хранителю за водой? Выходи завтра, когда родители уйдут на работу. Часов в семь утра. Мы будем ждать тебя у подъезда.
— Влетит же.
— Может, и влететь, но это, Саня, особый случай. Я не хотел тебе говорить, но придётся. Если останешься дома, тебе будет угрожать смертельная опасность. Не только тебе — всей семье. И вообще, лучше пусть влетит, иначе такое будет — мало никому не покажется. А твоим родителям потом придётся рассказать правду.
— Не поверят.
— Поверят. Сейчас уже все поняли, что творится какая-то чертовщина. Этих тварей, правда, называют пришельцами.
— Каких тварей?
— Нежитей. Они уже успели натворить дел. В общем, когда вернёмся, тебе всего-то что и нужно будет — это показать родителям, что умеешь летать. После этого во что хочешь поверят.
Кирилл поднялся со стула. Говорит мне:
— Ладно, Сань, мы пошли. Отдыхай сегодня. Главное, ешь побольше.
Муравкины и Тимка ушли, а я встал и вышел в гостиную. Слабости не было, было только чувство голода и тоски. Я пошёл на кухню и попросил у бабушки поесть. Она сказала:
— Сейчас, Саша, через десять минут будет готов обед. Потерпи.
Я вернулся в гостиную. Там работал телевизор. Шла программа новостей, и дедушка внимательно слушал, что говорил диктор. Я застал только конец фразы: «…вступить с пришельцами в контакт до сих пор так и не удалось. Воинские части области приведены в состояние полной боевой готовности, чтобы дать отпор вылазкам пришельцев».
В конце диктор объявил:
— А теперь о том, кто такие пришельцы на самом деле, нам расскажет заслуженный экстрасенс Российской Федерации, астролог и ясновидящая Аделаида Ротвельдовна Мозгопудрик-Светоконцевская.
На экране появилась «ясно видящая с помощью очков» тётка, которая недавно объясняла, из какой параллельной трещины в перпендикулярном чёрт знает что за пространстве пришла к нам «неправильная» погода. Раньше бы я с удовольствием послушал её «словесный понос», чтобы посмеяться. Но мне теперь было не до смеха, и я ушёл к себе в комнату.
Глава 13. Мы идём в Царство Нежитей
Утром, как только родители ушли на работу, а бабушка на кухне готовила завтрак, я незаметно ускользнул из дома. Вовка с братом и Тимка ждали меня около подъезда. На улице было ещё темно, так как до восхода солнца оставалось ещё целых два часа. Ждать рассвета мы не стали, а сразу отправились к «Усатому».
Кстати, только Кирилл обращался к Котофею Иванычу, называя его Усатым. Такое обращение к этому хищнику позволительно было не всем, а только его друзьям. А вот всяким там злодеям такая фамильярность могла дорого обойтись.
Для Котофея мы все друзья, но всё равно называем его уважительно — Котофеем Иванычем. Ну, или просто Котофеем. Это потому, что мы его уважаем. Ещё бы. Где вы ещё встретите такого умного кота? Он ведь не просто учёный, а ещё и профессор, доктор Магических Наук.
Ну ладно, отвлёкся я от сути. Итак, мы отправились в парк. Погода была не такая уж и плохая. Дождя не было, земля была местами припорошена снегом. Даже ветер был не такой сильный и мокрый. А ведь ещё недавно на улице творилось чёрт-те что.
Вообще-то, я подозревал, что непогода утихла не по своей воле. Вполне могло быть, что её урезонил Кирилл. Ну как тогда, во время нашего сбора.
Мы не стали пробираться к парку через пустырь, а пошли в обход. Это было раз в пять дальше, зато нам не пришлось лезть по грязи и форсировать водную преграду. И вообще, через пустырь мы по любому не пролезли бы в летней обуви. Я, например, отправляясь в путь, обулся в кроссовки.