— Что это за мясо такое? Я такого никогда не ел.
Кирилл начал что-то объяснять, но его перебил Вовка:
— Это Котофей птеротавра ночью поймал, а мы его сварили.
Тимка прыснул со смеху, а меня чуть не стошнило. Кирилл, очень выразительно взглянув на брата, сказал:
— Кончай, Вовчик, всякую чушь нести. Сань, это не мясо. Это такие плоды. Они тут недалеко растут, на деревьях. У них мякоть такая, волокнистая. Они по вкусу похожи на мясо, но сытнее и полезнее. И картошка оттуда же, она тоже там, на деревьях, растёт.
— Картошка?! На деревьях?! — удивился я.
— Не картошка это на самом деле. Она просто похожа на неё по вкусу. Только это не клубни, а плоды.
— И Котофей Иваныч этим объелся? — спросил я. Котофей снова застонал:
— У-у-у. Мя-а-ау-у-у.
Вовка говорит:
— Зачем ему наша еда? Он какую-нибудь тварь ночью завалил, вот и нажрался. Что ли ты сам не видел, что ночью творилось?
Кот снова застонал:
— О-о-ой, муррр, уффф. Мя-а-ау-у-у!
Держась передними лапами за брюхо, он с трудом встал на задние лапы и куда-то пошёл, тяжело переваливаясь с боку на бок.
— Куда это он? — спрашиваю. — Обиделся, что ли?
— Сейчас вернётся, — отвечает Кирилл, а Вовка уточняет:
— В фитнес-клуб он пошёл, лишний вес сбрасывать. Тут недалеко — в кустиках. Немножко похудеет — вернётся.
Я не понимал, как Вовка может шутить, когда у нас случилось такое горе. Ведь совсем недавно, там, на проспекте Гагарина, он не смог удержаться от слёз. Неужели всё так быстро забывается? Неужели и я когда-нибудь это забуду?
Я снова вспомнил, как Геля спасала меня от слуг Тьмы, как мы вместе с ней прятались от них на стадионе «Торпедо». Снова на глаза навернулись слёзы. Нет, я не смогу этого забыть — никогда не смогу. Эта беда, эта горечь утраты останется со мной навсегда.
Мы позавтракали, Котофей ещё два раза сходил в «фитнес-клуб», после чего его комплекция стала более-менее нормальной, и мы снова отправились в путь.
Глава 15. Огненный лик
Мы поднимались вверх по узкому ущелью между скал. Скалы нависали над нами и слева, и справа, словно отвесные стены.
Навстречу дул сильный ветер, поэтому идти становилось всё труднее и труднее. Но мне трудно было идти не только из-за ветра, а ещё потому, что после вчерашнего болели все мышцы. А вот Артём теперь шагал легче, чем я. Может, это потому, что в прошлый раз большую часть пути его нёс на плечах Тимка.
Итак, идти мне было очень трудно. Но это были только цветочки, потому что ветер внезапно превратился в настоящий ураган. Я упал и чуть не скатился вниз по тропе. Упали и Вовка с Артёмом. Тимка тоже упал, но тут же поднялся, хотя стоял теперь, согнув ноги и сильно пригнувшись к земле. Кирилл был единственным, кто устоял на ногах. Мало того, он стоял, даже не наклоняясь в сторону ветра. Его постриженные «под горшок» светло-русые волосы бешено трепетали на ветру, но он сам будто не замечал ветра. Котофей тоже не упал, но он стоял на четырёх лапах. Кирилл крикнул нам:
— Саня! Тимур! Мы с Вовой и Усатым пойдём впереди, а вы держитесь за нами! Вов, давай вставай! Иди сюда, хватит валяться!
— Сейчас! — крикнул в ответ Вовка, пытаясь перекричать встречный ветер и подняться с земли. Кирилл вряд ли его услышал. Кричит ему:
— Блин! Ты что, всё забыл, чему я тебя учил?!
— А! Понял! — ответил Вовка и, как ни в чём не бывало, поднялся с земли. Я с удивлением увидел, что ураган стал ему нипочём. Он, даже не наклоняясь вперёд, подошёл к брату. Они встали рядом, и к ним присоединился Котофей. Котофей тоже встал на задние лапы и стоял под ураганным ветром так же легко, как и Вовка с братом.
— Давайте вставайте и держитесь за нами! — крикнул нам Кирилл.
Я, превозмогая боль в ногах, кое-как поднялся и встал позади них, справа от меня пристроился Тимка, а слева Артём. Мы двинулись дальше.
Ураган больше не сдувал нас, потому что нас заслоняли от него Кирилл, Вовка и Котофей. А напор стихии продолжал усиливаться. В нашу сторону полетел град мелких и не очень мелких камней. Камни до нас не долетали: они, ярко вспыхивая, испарялись в метре от идущих впереди нас волшебников. И всё равно из-за боли в мышцах идти было трудно.
Вот что значит, целый день пробыть на ногах! Хотя не только я, а все мы целый день шли почти без перерывов. Артём, правда, больше ехал на Тимке, чем шёл. Я удивлялся, что ни Вовка, ни Тимка не выглядели такими уставшими, как я. Про Кирилла я уж молчу. Видно, его Учитель — Главный Хранитель Миров — дал ему спартанскую закалку. Мне казалось, что Кирилл просто не умеет уставать.