— Мне тоже так кажется. — Элери многозначительно толкнула Келома в плечо. — Я скоро.
— Она очень милая, — произнес Келом, как только женщина исчезла на кухне.
— Что правда, то правда. — Лиза потянулась к чайнику. — Ну, так, я надеюсь, ты расскажешь мне, что ты затеял. Зачем ты все это сделал?
— Из-за отца.
— Ну, и что на этот раз он сделал не так?
— Он и слышать не хочет о моей свадьбе с Джульеттой.
Лиза тяжело вздохнула.
— А почему вообще, черт возьми, эта тема так волнует тебя, Келом? Я уже сказала тебе, что не может быть и речи о вашей свадьбе, пока вы не повзрослеете.
— А никто и не возражает против этого. Мы собираемся подождать до тех пор, пока не сдадим экзамены. Джули согласна…
— Джули согласна? — Лиза посмотрела на него, как удав на кролика. — Келом Крэг, ты не женишься на моей дочери, по крайней мере, еще несколько лет. Ты слышишь меня? Вы оба еще слишком молоды. У вас впереди еще целая жизнь, и я не позволю, чтобы вы испортили ее, втянув себя в такую сомнительную авантюру, как женитьба. Хотя бы потому, что вы до сих пор не определились, чем вы будете заниматься в будущем.
— Мы знаем это. — Келом напряг свою челюсть. — Я буду врачом, как отец, а Джули хочет рисовать.
— А не кажется ли тебе, что и то и другое требует многих лет упорной работы, Келом? Многих лет, когда вам, студентам, будет практически не на что жить. Многих лет, в течение которых вы будете грызть гранит науки. — Она глубоко вздохнула и мысленно сосчитала до десяти. — Поверь мне, Келом, все, что я сейчас говорю, это для твоего же собственного блага. В конце концов, кто, кроме нас с Адамом, лучше знает, насколько все это сложно? Он врач, я художник. И нам обоим пришлось много учиться, а потом много-много лет работать, пока мы не достигли того, что сейчас имеем.
Келом потянулся к своей чашке и залпом опрокинул ее. Чай был настолько горяч, что он обжег себе горло.
— Но ведь ты и он были тогда вместе. Вы были любовниками до того, как он встретил мою маму.
— Может быть, были, а может, и нет. — Она снова зафиксировала на нем свой орлиный взгляд. — Эта тема не для обсуждения. А вот на что следует обратить внимание, так это то, что тебе всего лишь семнадцать, а Джули шестнадцать, и вы еще дети. — Она сунула руку в карман пальто и вытащила оттуда пачку сигарет. Открыв ее, сосредоточенно вытащила одну, постучала ею по столу, затем взяла коробок спичек, прикурила и глубоко затянулась. Только тогда Лиза снова посмотрела на него. — Пожалуйста, Келом, я не собираюсь разлучать вас. Я знаю, как сильно вы любите друг друга. Джули доверяет мне. И это было бы настоящим стихийным бедствием, если бы вы с Джулией так скоро поженились.
Подали завтрак, и Лиза затушила сигарету. Она смотрела на Келома, который тыкал вилкой в тарелку с яичницей и жареным хлебом, и чувствовала, как материнская любовь переполняет ее. Она переложила свой бекон и хлеб на его тарелку и наблюдала, как он все это поглощает. Только после того, как завтрак закончился и последним кусочком тоста он аккуратно провел по жирной тарелке, она снова заговорила.
— Сейчас мы вернемся к нам на ферму на несколько часов, а потом ты отправишься назад. Фил сегодня после обеда едет в Кардифф. Я скажу ему, чтобы он посадил тебя на скорый поезд до Педингтона, а оттуда ты сам легко найдешь дорогу домой. Договорились?
Он поднял на нее глаза и неохотно кивнул.
— Договорились.
— Рада это слышать. — Она порылась в кармане, но не нашла денег. Тогда она повернулась к кухонной двери. — Элери, могу я рассчитаться с тобой на следующей неделе? — крикнула она.
— Конечно, можешь, дорогая, — понимающе произнес в ответ знакомый голос из глубины кухни.
— Хорошо, тогда мы поехали. — Когда Келом встал, она взяла его за руку и крепко сжала ее. — Я знаю, дорогой, что все это кажется тебе полным идиотизмом. Научись принимать жизнь такой, какая она есть. В конце концов все образуется, я обещаю тебе.
Джули ждала их в кухне. Когда они вошли, она бросилась к Келому и повисла у него на шее.
— Ты просто идиот, я люблю тебя.
Лиза многозначительно покачала головой.
— У вас время до двух часов, — грозно произнесла она. — И я надеюсь, что вы будете вести себя, как подобает! — И вышла из комнаты, чтобы предупредить Филиппа, который работал в своей студии, что ему придется захватить с собой пассажира, когда он направится в Кардифф.
Возвращаясь обратно от амбара к дому, она внезапно остановилась и поежилась, словно от холода. На минуту подняла глаза и отметила, как по долине сквозь облака пробирается луч света. Это был такая картина, которую она готова была наблюдать вновь и вновь. Над страной медленно проплывали зеленые, коричневые, серые облака и сквозь них настойчиво пробивались яркие солнечные лучи, освещая деревню, церковный шпиль, и разливались дальше по долине, отражаясь в водах реки Вий, и затем озаряли все вокруг. В этот момент облако закрыло солнце, и трава вокруг нее в ту же минуту померкла.