- Не больше тебя. Но этот какой-то странный, медлительный. Даже огнём не дышал.
- Не каркай. - Приказал Берт. - Знаток, тоже мне. Много читало них?
- Ничего. Кроме сказок, конечно.
- Вот именно. Так что давайте. Больной - не больной, а мы сегодня подвиг совершили. - Берт довольно похлопал себя по животу. - Продадим чешую. Зубы себе оставим. Говорят, они удачу приносят. - Мечтательно протянул Берт. - А ты там что нашёл, Керн?
- Говорю же, записки.
- Чего там? Небось, ритуалы какие, или рецепты из крови младенцев. Чего ты так увлёкся? Читай, давай.
Керн подошёл к самой большой стопке. Листы были сложены в удивительном порядке. Самые верхние были пожелтевшими, старыми.
Керн взял верхний, исписанный чётким твёрдым почерком, и начал читать вслух:
" Седьмое число седьмого месяца года 1349.
Прошло две недели с твоего ухода, Люциус. Я не теряю надежды. Но и сидеть здесь становится тяжко. Эти стены давят, погружают в мрачные мысли. Призывают лечь и не подняться. Я отправляюсь в Эрдо. Нужно заработать денег и купить еды. Не могу сидеть на месте, ибо так тоска вытягивает из меня последние силы. Оставила для тебя у алтаря пару фляжек со святой водой и две фляжки с обычной. И немного хлебцев. Если ты это читаешь, знай - я скоро вернусь. И обниму тебя.
Холька"
- Странное место для любовных собраний. - Заметил Янош.
- Возможно, это какие то культисты. - Поправил Берт. - Какой сейчас год?
Янош взглянул на него уничижительно. - С добрый утром! Тысяча триста пятьдесят восьмой сейчас. Может ещё спросишь, какой сейчас сезон и кто сейчас король?
Берт презрительно хмыкнул.
Керн взял следующий лист, исписанный той же рукой:
" Тринадцатое число седьмого месяца года 1349
Добыла денег и еды. Купила книги. Они пригодятся тебе, когда ты вернёшься. Если твой план провалится и силы покинут тебя, мы будем учиться заново. Но тебя всё нет. Рада, что культисты охраняют это место. Они ждут своего мессию не меньше меня. Ждут, что ты вернёшься и испепелишь мир, как они хотят. А я жду тебя. Верю, что ты вернёшься с силой, которая положена тебе по праву, которой ты так добивался. Но знаю, что в Бездне время течёт по иному. Ты можешь прийти через день, через месяц, через год..." Дальше несколько строчек зачёркнуты "...Иногда я думаю, что мне надо жить дальше. Надо бороться. Со своей болезнью, со своей болью и с воспоминаниями о тебе. Меня посещают безумные мысли "О, если б ты погиб. Умер в бою. У меня на руках." Это было бы гораздо легче, чем сидеть в потёмках и неведении, ожидая тебя. Это ожидание травит сильнее, чем змеиный яд, но и даёт надежду."
Следующая записка, выглядела так, будто её сначала смяли в комок, а потом распрямили. Написана она была тем же почерком, но чуть более коряво, будто в спешке:
"Почему ты не взял меня? Почему не позволил гореть с тобой в одном огне? Я знаю, ты хотел, как лучше. Но неужели, в своём стремлении защитить меня ты не учёл, что я рада была бы претерпеть любые муки, лишь бы быть рядом, лишь бы знать, что хотя бы своим присутствием я могу облегчить муки твои, лишь бы знать, что с тобой. Если бы я могла откатить время! Ты хотел власти, и последовал за ней в самые глубины Бездны, и теперь, зная, что ты можешь не вернуться, о чём посещают мрачные мысли, я бы с радостью легла сама под твой нож. Позволила бы, как ты сам страстно желал, вытянуть из меня все соки. Превратить меня в высушенный труп. Чтобы моя сила, которой ты восхищался, стала твоей. Только не бросай меня. Я не хочу остаться одна. И не хочу, чтобы ты остался один. Ты не один. Я всегда с тобой."
- Читать дальше?
- Читай, Керн. - Махнул рукой Янош. - Всё равно, с твоей ногой, Берт, мы пока не уйдём.
- Всё так хреново?
- Нет. Но полежать тебе надо. Хотя бы, пока не подсушится. Через пару часов найдём тебе палку хорошую и можно будет идти.
Керн осмотрел помещение ещё раз. Помимо всего прочего, он заметил разбросанные по полу белые блестящие кольчужные кольца.
- Много там ещё писанины? - Проворчал Берт.
Керн оглядел стопку. - Прилично.
- Давай, читай. Хоть время скоротаем.
" Двадцатое число восьмого месяца года 1349
Моя хворь начинает вновь проявлять себя. Пока не сильно. Но если я хочу жить, мне придётся оставить это место опять. Я так не хочу этого. Хочу лечь и не вставать, пока ты не вернёшься. Но я должна жить. Поеду в Кифалор. Нужно рассказать Изабель о твоей судьбе. Ей будет тяжко, но без этого никак. Я знаю, что она любит тебя немногим меньше меня.
Твою записную книжку храню у себя. На самом сердце. Как ты и хотел. В ней понаписано столько мерзости, но ты никогда не был добр на словах. Ты всегда был добрый в делах. Хоть и не хотел в этом признаваться. Хоть и считал себя злодеем. Но ты не злодей, Люциус. Ты боролся с этим всю жизнь. Я говорила тебе это много раз, но скажу вновь. Не может быть злодеем тот, кто так любил меня.