Когда до мобиля осталась пара шагов, он тронул бугорок на карточке-ключе и к его удивлению, двери мобиля скользнули вверх. Подойдя, Ромм заглянул в салон – внутри стояли четыре кресла с белой обивкой, никаких органов управления не наблюдалось.
Как же я буду управлять им. Всплыла у него мысль досады. Я ведь…
Ромм прервал ток своих досадных мыслей, вдруг, увидев под подлокотником ближнего к себе кресла первого ряда светящиеся бугорки. Состроив гримасу, он присел и заглянул под подлокотник – под ним, действительно, было несколько разноцветных бугорков. Выпрямившись, он уселся в это кресло и опустив руку, дотронулся до первого бугорка – дверь мобиля скользнула вниз, отрезав его внешнего мира. Ромм вжал следующую клавишу и тут же вжался в спинку кресла – передняя стенка салона трансформируясь – двигалась в его сторону. Прошло несколько мгновений и перед ним был штурвал с двумя педалями, точно такой же, который был в фургоне, взятом на прокат в отеле.
Когда я выходил, салон был с этой стороны. Углубился Ромм в размышления. Значит назад нужно двигаться туда. Он повернул голову в предполагаемом направлении движения. Добирались до салона мы около получаса. Найду!
Глубоко и шумно вздохнув, Ромм сунул карточку-ключ в прорезь на штурвале и положил на него руки – мобиль вздрогнул, будто проснулся и тронулся с места.
Эта улица была, практически, пустынна – мобили встречались не часто, хотя прохожих, на удивление, было много и все они куда-то спешили, совершенно не обращая внимание на белый мобиль и Ромм добрался до широкой магистрали достаточно быстро. Остановившись на перекрёстке, он завертел головой в нерешительности, так как совершенно не представлял, в какую сторону нужно было двигаться дальше. Мобилей на магистрали сейчас было не слишком много, что, скорее всего, говорило о приближении вечера или даже ночи.
Навряд ли Мигот пересекал такую широкую улицу. Углубился Ромм в очередное размышление. Ему бы пришлось остановиться и ждать какого-то разрешающего сигнала. Это обязательно вернуло бы меня в реальность событий. Но здесь нет никаких регуляторов уличного движения, значит улицу он не пересекал или пересекал каким-то нетрадиционным способом, не останавливаясь и не замедляя ход. Тогда: или улица оказалась у него по ходу движения и мне её сейчас предстоит пересечь каким-то образом; или он её пересекал… Под улицей. Вдруг всплыла у Ромма догадка. Или над? Тут же появилась у него другая догадка. Идиот! Отправил он нелестный эпитет в свой адрес. Он же говорил, что у него нет разрешения на воздушное перемещение.
Выждав, когда перед перекрёстком магистраль оказалась свободной, Ромм повернул штурвал и направил свой мобиль по ходу движения общего потока.
Проехал он достаточно долго, прежде, чем понял, что стоящие вдоль магистрали дома стали совсем другими, нежели, те, которые он видел в районе отеля, они стали какие-то, более величественные, если можно было так сказать о зданиях. И появились первые летательные аппараты. Все они были почему-то чёрного цвета и неторопливо скользящие над магистралью.
Однозначно – не туда. Лицо Ромма исказилось гримасой досады. Полный идиот! Если не смог сориентироваться на городской улице, то как ты будешь ориентироваться в пространстве. Одна теперь тебе Ромм Вегов дорога – к Хаору в юры. Кислая усмешка тронула губы Ромма. Должны же быть какие-то переходы? Всплыла у него мысль озабоченности.
Он повёл мобиль медленнее, следя одним глазом за дорогой, вторым за обочиной и действительно, вскоре впереди показался тоннель. Перестроившись, Ромм послал мобиль внутрь тоннеля, который свернул в сторону и вынырнул на противоположной стороне магистрали.
Странная цивилизация. Размышлял Ромм, одновременно следя за улицей, чтобы не проскочить мимо отеля, так как совершенно не представлял сколько сейчас местного времени, а никакого привычного индикатора времени на штурвале, почему-то не было. С одной стороны полный анахронизм – складывается впечатление, что за деньги здесь можно всё и вся, с другой – совершенные технологии, о которых затрам мечтать и мечтать. Такое впечатление, что здесь живут двумя жизнями: одна основана на инстинкте выживания; другая – на инстинкте познания. И не разберёшься, какая из них приоритетна. Однозначно, одно – мы попали в первую часть. Может, чтобы оказаться во второй жизни, нужно пройти через первую? Выжил – будь счастлив во второй; нет – твои проблемы. Неужели в мобиле нет никакого хронометра? Вдруг всплыла у Ромма мысль досады и он скользнул взглядом по штурвалу – его внимание привлек один из терминалов на котором периодически менялась часть первых знаков. Что это может быть? Хронометр наоборот. Ромм дёрнул плечами. Если считать бегущие цифры секундами, то вторые должны быть минутами, тогда последние – часами.