– Я что-то сделал не так? – Произнёс Ромм, пытаясь изобразить на лице виноватую мину.
– Н-нет.
Выдавила из себя Илия и поднявшись, принялась класть на тарелку Ромма содержимое других тарелок. Затем она наполнила его пустой бокал тоником и вернувшись в своё кресло, наколола ещё один кусочек со своей тарелки и отправив в рот, принялась неторопливо жевать.
– Я могу есть и рассказывать? – Поинтересовался Ромм, беря вилку.
– Если тебе это будет удобно. – Илия дёрнула плечами.
– Я затр. Моя планета… – Ромм вдруг умолк, уткнув вилку в кусочек чего-то красного на своей тарелке.
А стоит рассказывать, где находится Затра? Вдруг всплыла у него тревожная мысль. Я ведь совершенно не знаю её. Почему она согласилась встретиться со мной, практически, даже не узнав меня? А если затем, чтобы узнать, где пространство Сетранской системы? Но ведь в тюрьме скопировали всю мою память. Навряд ли я там что-то утаил. Нужно было первым поинтересоваться, а уже затем решать, что говорить. Проклятье! Теперь не отвертишься. А если представить Затру, как одну из планет Конфедерации? Какая ей разница. А если вздумает кому-то пересказать наш разговор, пусть ищут там, где сейчас ищут.
Наконец он отправил в рот наколотый вилкой кусочек – это тоже была рыба, которая, буквально таяла во рту.
– И всё же тебе непросто одновременно есть и говорить. – Заговорила Илия, кладя вилку. – Пока ты будешь есть, я расскажу о себе, а уже затем ты о себе.
– Хорошо. – Ромм дёрнул плечами и отправил в рот очередной кусочек рыбы, запивая его тоником.
– Моё полное имя Илия Кордова Тосс. – Заговорила турута откинувшись в кресле. – Я не знаю своих родителей, как и большинство здесь. Если в промышленном секторе у пары появляется несанкционированный ребёнок, его сразу же забирают, а пару, разлучают и отправляют одного в отстойник, второго в кормушку или наоборот.
– Зачем? – Ромм перестал есть и уставился в Илию.
– Что? – В свою очередь поинтересовалась Илия.
– Зачем отбирают детей у родителей?
– Рифф очень специфичный город и каждый новый человек требует определённого набора жизненной инфраструктуры, которой может и не оказаться для него и потому количество населения города очень жёстко контролируется. Но в последнее время начали происходить какие-то странные события, которые вызывают тревогу.
Илия взяла бокал с тёмным напитком и сделав большой глоток, вернула бокал на место. Не зная, ведомый чем, Ромм тоже взял свой бокал с тёмным напитком и положив в рот кусочек рыбы, сделал глоток, произошло нечто невероятное – рыба будто растворила в себе странный вкус напитка и он стал даже приятным. Ромм принялся отправлять в рот кусочки красной рыбы, запивая его тёмным напитком, с каждым глотком ощущая будто прилив бодрости и мужских сил. Через какое-то, совсем недолгое, время, стол, как-то странно, начал растворяться перед ним и следующий его тычок вилкой пришёлся в пустоту…
***
Ромм открыл глаза – его окружал полумрак. Он повернул голову и понял, что лежит на спальной платформе в квартире Илии, которая лежала рядом с ним совершенно нагая, подперев голову рукой. Её длинные светлые волосы красивой волной лежали на её плече. Ромм тут же перевёл взгляд на себя и с досадой увидел, что он в таком же виде. К его удивлению, никаких ран на груди, от копыт Айта, не было, да и спина совершенно не болела, будто он это время провёл не в квартире туруты, а в реанимационном центре. Он опять повернул голову в сторону Илии, которая смотрела на него совершенно не смущаясь ни его наготы, ни своей. Было в её наготе что-то странное. Ромм сдвинул брови и тут же понял, что у неё совершенно нет привычных женских молочных желёз, хотя все остальные женские прелести выглядели достаточно соблазнительно.
– Что произошло? – Прохрипел он, на языке затров.
Тонкие брови Илии выгнулись высокими дугами.
– Что произошло? Почему мы здесь? – Произнёс Ромм уже на языке турутов.
– Тебе не понравилось моё гостеприимство? – Произнесла Илия, поднимая брови ещё выше.
– Я совершенно ничего не помню. – Ромм покрутил головой.
– Это естественно. – Илия дёрнула верхним плечом. – Ты выпил достаточно много розана.
– Ро… Это тот тёмный напиток? – Ромм наморщил лоб.